Category: отзывы

Лимонов

Трилогия Сергея Кузнецова «Живые и взрослые». «Livebook», 2019. Лонг-лист премии "Новые горизонты"

Удивительно, но фантазийная трилогия Сергея Кузнецова, прочитанная сразу же после «Квинта Лициния», трилогии Михаила Королюка о попаданце в социалистическое прошлое, выглядит её негативом.

Точнее, позитивом, так как написана не с имперских, но с гуманистических, «общечеловеческих» позиций, исподволь обучающих читателей «правильной жизненной позиции».

Две эти книги велики по объёму (книжное издание «Живых и взрослых» содержит 974 страницы против 1062 у Королюка), в них по три части, соотносящихся как «тезис», «антитезис» и «синтез» (у Королюка, впрочем, неокончательный), изучающих советское прошлое с точки зрения «взрослого» настоящего, возвышающегося над тем, что было горой «нового опыта».

У Кузнецова тоже присутствует сюжетная линия математического вундеркинда, способного вычислить местонахождение параллельных и пограничных миров, группирующихся возле Границы перехода между миром мёртвых и миром живых, в котором живёт четвёрка отважных школьников (Марина, Ника, Гоша и Лёва), занятых разрушением этой самой Границы.

Для чего они это делают, непонятно, вроде бы как для освобождения человечества от ненужного деления на своих и чужих, мешающего абсолютной свободе, однако, чем дальше в текст «Живых и взрослых» тем больше разделение мира на антагонистические половины выглядит логичным и даже разумным.

Судите сами.

Школьники живут в стране, напоминающей поздний советский период – Сергей Кузнецов явно вдохновлялся опытом собственных детства и юности: его трилогия ещё один способ то ли «закрыть гештальт» собственного «опыта несвободы», к которому был приговорён каждый, кто жил в СССР, то ли, напротив, попытаться ещё раз пережить период, когда деревья были большими, все люди казались братьями и сёстрами и не было ничего важнее любви, дружбы, свободы, равенства, братства.

Страна, в которой живут Марина, Ника, Гоша и Лёва, отчаянно напоминает Советский Союз, но для «безопасности» нарративных операций, а также ради творческой свободы, Кузнецов смещает описание реальности в сторону лёгких исторических обобщений – от СССР он берёт не столько конкретику бытовой жизни (которую реконструирует, впрочем, весьма тщательно), сколько логику развития территорий, окружённых врагами, пропитанных сыском и государственной подозрительностью, которые легко превращаются в отсутствие элементарных свобод и тотальный диктат идеологического контроля.

Историческая реальность смещается в сторону фабульной схемы, а имена собственные обыгрываются каламбурами – названия советских и западных фильмов, книг, фирм, городов, стран превращаются в легко узнаваемые неологизмы.

Так возникают книги «Пятница кончается в понедельник» и «Навстречу грозе», «Математики смеются» и «Стеклянный кортик», рок-группа «Живые могут танцевать», города Парис и Вью-Ёрк.

Таким образом, автор, с одной стороны, отдаёт должное предшественникам и источникам своего вдохновения, с другой – показывает особенности метода, каламбурящего на всех содержательных уровнях, от перелопачивания реальности до содержательных метаморфоз, выворачивающих привычный нам смысл наизнанку.

Collapse )
Хельсинки

Фантастическая трилогия Михаила Королюка "Квинт Лициний". Лонг-лист премии "Новые горизонты"

Роман о нашем современнике Андрее Соколове, заброшенном в 1977-ой, (время его учёбы в ленинградской школе) для того, чтобы спасти СССР от распада, выдвинут на «Новые горизонты» в виде трилогии и это самый объёмный текст лонг-листа.

Конвертировав присланный файл в 14-ый кегль, я получил более тысячи страниц (если точнее, то 1062), из-за чего последнюю четверть, где-то после 800-ой страницы, читал с всё более нарастающим вниманием.

Из одного невероятного события (встреча в поезде на Шепетовку с инфернальной силой, пытающейся спасти мир от грозящей всем нам гибели, для чего и понадобилось путешествие во времени как раз и соответствует «правилу Стругацких», считавших, что для полноценного фантастического сюжета вполне достаточно всего одного допущения) Михаил Королюк наплодил диковинное количество сюжетных линий, соединить которые воедино не смог бы и самый опытный сценарист.

Чем отчётливее приближался финал, тем сильнее было ощущение, что победить нагороженный огород можно лишь так, как Александр Македонский разрубил Гордиев узел.

Сделав вид, что Андрей Соколов проснулся или же был вызван обратно в настоящее.

Однако, оказалось, что незадолго до конца текста в файле, начинается четвёртая книга «Квинта Лициния», пока что вместившая всего пару глав.

Видимо, над продолжением автор работает в настоящее время и, таким образом, на «Новые Горизонты» выдвинуто незаконченное произведение, которое, если действовать по уму, следовало бы отклонить.

Не только по формальным причинам, но и по уровню «писательского мастерства», выдающего в Михаиле Королюке крайне амбициозного дебютанта, романными техниками пока не владеющего. Ну, то есть, абсолютно.

Дальше пойдут спойлеры и констатации.

Прошу не воспринимать мой текст как критический – «Квинта Лициния» я не оцениваю, он не конвенционен во всех смыслах, поэтому я буду просто рассказывать о трилогии.

Не критикуя, а называя своими именами то, что автор сделал, а номинатор, выдвинувший эту трилогию на премию, поддержал в каком-то приступе самоуничижительного глумления над «Новыми Горизонтами» и своими коллегами, добросовестность которых вынуждала со всей этой литературной кадрилью знакомиться.


Collapse )
Метро

Мои твиты сентября

  • Пт, 20:16: Желание быть Ансельмом Кифером - не в смысле востребованности и славы, а из-за стиля, идеально подходящего и моему способу самовыражения
  • Сб, 02:45: Особенно на фоне интернета это очевидным становится: телезритель не имеет право на то, чтобы его действительно уважали.
  • Вс, 08:00: Я в этом августе живу как в сентябре, сентябрём, видимо, сильно хочется, чтобы сентября было много. Чтобы сентябрь вышел раза в два длиннее обычного.
  • Пн, 16:30: Дождь зарядил на весь день, вот и кажется, будто едешь в тесном купе с бормочущими себе под нос попутчиками, даже если и бегаешь по делам короткими перебежками (когда поезд приезжает на очередную станцию).
  • Вт, 07:57: Лето закончилось. Тепло выпарилось. Чай остыл. Отложив, со спокойной совестью, надежды и мечты, пытаешься просто жить дальше. Как ни в чем не бывало.
  • Пт, 05:50: Приснилось, что на лестнице подземного перехода мент потребовал предъявить паспорт, а у меня вместо фотографии "Мадонна Пезаро" вклеена.
  • Пт, 10:23: Какие пять картин в Венеции кажутся вам самыми эффектными?
    Для меня безусловное первое место занимает "Ассунта" Тициана во Фрари.
    На втором месте - "Мадонна с младенцем и святыми" Беллини в Сан-Закарии (что на стене слева, если стоять к алтарю лицом), на третьем - "Страшный суд" Тинторетто в Церкви Мадонна дель Орто (или же парное к ней - "Поклонение золотому тельцу", тем более, что местный Беллини, так восхищавший Бродского, похищен).
    На четвертом месте - "Ужин в доме Левия" Веронезе из Галерей Академии.
    Пятое я бы поделил между промельком "Святого Виталия во славе" Карпаччо из Сан-Видала и "Новым миром" Тьеполо в Ка'Реццонико.
    Это то, что всполохом молнии или остановленной музыкой остаётся на сетчатке навсегда.
    А у вас?
  • Пн, 11:28: Балуев, ну, и где мой меч?
  • Вт, 12:45: Неожиданно для себя поговорил с очень непростой собеседницей Эмилией Кабаковой. https://t.co/eRB3kYnFB2
  • Ср, 17:56: Сентябрьская гроза в Москве, с громом и молнией, это награда или наказание? Если застала в пути - наказание, если ты уже в домике и включил электричество - награда.


  • Collapse )
Карлсон

Мои твиты

  • Ср, 08:15: Тут, конечно, самое время было бы призвать к бойкоту Киркорова и всех его выступлений, проектов, выходок, но штука в том, что мы и так на них не ходим, не слушаем, не следим. И совсем не из-за политической зрелости, а потому что просто невозможно же. Изначально брезгливо.
  • Ср, 17:17: Выставку Мальро в ГМИИ сегодня продолжали монтировать. Этикеток ещё не было. Самая загадочная картина в Белом зале. https://t.co/pBWHyVhhLp
  • Ср, 19:52: День жестянщика. По скользким гололёдным дорожкам москвичи идут гуськом, медленно и как бы вдумчиво, не подымая тяжёлых ног, громко шаркая. Точно в кандалах.
  • Чт, 10:16: Надо же: календарно ещё только первый день зимы, а у меня чувство, что зима уже давно и незаметно втянула нас в свои холодные погреба, точно уже, как минимум, полгода так и даже успел привыкнуть...
  • Чт, 10:35: Ощущение, что чем чаще нажимаешь в ФБ кнопку "Видеть меньше таких публикаций", тем настойчивее они возникают в ленте.
  • Чт, 17:03: Сужение нон/фикшн имеет и положительные стороны: книг становится меньше, территории больше, а людей встречаешь приятных, в основном https://t.co/wd4h0XPXOy
  • Сб, 21:42: Психотерапия методом погружения с последующим вытеснением. Слушал по кругу, раз за разом, пока остатки волос от ужаса не начали шевелиться. То, что задумывалось ностальгирующим соц-артом, вечность спустя обернулось очередным рыльцем реальности. И оно не в пуху, этот стон у нас снегом зовётся. https://t.co/v2Ya3TXDMA
  • Пн, 17:32: Именно в такую пургу-метель одинокий путник, пробирающийся сквозь снежные завалы к метро, острее всего ощущает город как бесконечную общность людей, объединённых одним циклоном.
  • Пн, 22:49: Неожиданно для себя написал рецензию на самую первую [переводную и, вообще-то, единственную] русскую биографию "самого плохого художника в истории искусства", но, между прочего, кумира Ван Гога и друга Сезанна. https://t.co/tXYILaaakW
  • Чт, 17:59: В детстве и даже в юности заполняешь собой весь мир. Потом начинаешь "съеживаться", относительно "общего пространства", с возрастом занимая в мире все меньше и меньше места. А это просто меняешь направление роста и, с какого-то момента, растёшь внутрь, заполняя собой всю свою нутрянку, когда там уже практически нечему поместиться.
  • Чт, 18:48: В час пик на входе "Парка культуры" наросла такая пробка, что в ней стихийно самозародился мессия, призывавший всех покаяться, чтобы не попасть в ад.


  • Collapse )
Карлсон

Мои твиты

  • Ср, 13:28: Даже не подозревал, насколько гороскопы - часть нашей личной идентификации. Всю жизнь ощущал себя козерогом, а теперь стать стрельцом? Да не в жизнь, козерогом жил, козерогом и помру. А каково стрельцам, попавшим под вообще новый знак Змееносца (кстати, хорошее название для романа)? Однако, какова чувствительность к дефинициям! Такое ощущение, что лишь бы от чего-нибудь да и зависеть. Лишь бы к чему-нибудь да прислониться.
  • Чт, 21:55: "То, что читателя влечёт к роману, - это надежда согреть свою остывающую жизнь перед смертью", Вальтер Беньямин "Рассказчик", XV (359)
  • Пт, 00:08: Как странно Лондон иногда (набережная Виктории возле Сомерст-хауса) похож на Париж. Ой, да точно так же, как Париж иногда (скажем, возле моста Мирабо) похож на Лондон
  • Пт, 00:12: Смешно (или не очень?), но в Лондоне почти всё время было + 31 и лето; только один раз, на Оксфорд стрит по дороге в Британский музей, я попал под легкий грибной дождик. Но стоило вернуться в континентальную /Москву, чтобы попасть под непреходящий циклон. И вымокнуть не только физически...
  • Пт, 11:08: Дали тепло. Счастье
  • Сб, 23:32: Теодор Фонтане: "В большом городе человек становится быстрым, ловким, находчивым, но в то же время поверхностным, а всех, кто не живёт в уединении, большой город к тому же лишает всякой возможности создавать что-либо сверх необходимого... У большого города нет времени на раздумья, но, что ещё хуже, у него нет времени на счастье. Единственное, что он порождает ежесекундно, это "погоня за счастьем", которая есть не что иное, как несчастье..." (1884)
  • Вт, 04:08: "Можно было бы написать отдельную главу о том, чем история идей обязана поездам, долгим паузам, прерывающим ход повседневности, и успокаивающему ритму дороги", Юрген Каубе "Макс Вебер на рубеже двух эпох", 13, 257
  • Чт, 12:29: Написал репортаж из Сомерсет-Хауса, с Первой Лондонской биеннале дизайна, собственно, для чего я в Лондон-то и ездил https://t.co/S4qQQg8eKS
  • Чт, 13:16: Редкий случай, когда, против своих правил, я решился написать отрицательную рецензию на серию альбомов "Лучшие современные художники". Очень уж халтуру не люблю. https://t.co/Oi9YNyQwfu


  • Collapse )
Карлсон

Мои твиты

  • Сб, 16:43: Рецензия на только что вышедший роман Милана Кундеры "Торжество незначительности", написанная мной ещё в Рамат-Гане https://t.co/kr7N3J3nKO
  • Сб, 22:20: Именно в этом августе захотелось отметить для себя день смерти и памяти Блока. Видимо, дорос или начал дорастать. Блок всегда казался мне взрослым, до солидности, сухим. Аллегорией зрелости. А сейчас посмотрел - он умер в 40. Меня младше уже на семь лет. Что бы он мог написать 47-летним?
  • Сб, 23:29: Чем чаще меняешь место жизни, тем больше у тебя френдов и фолловеров, тем быстрее растёт их количество. Особенно в Инстаграме счёт рекламных аккаунтов, которые в каждой точке путешествия облепляют твои блоги, точно комары голые части тела.
  • Вс, 10:41: В Чердачинске мне все равно снится Чердачинск, так что когда я нахожусь не здесь, в Москве или ещё где-то, есть хотя бы разница между сном и явью.
  • Вс, 12:20:Был дядя Володя Ершов после операции на сердце (5 часов с открытой грудной клеткой, 150 минут на том свете с остановленным мотором). Приехал по сугубо бытовым вопросам (не слишком корректным), с подарками. Сидели в огороде. Интересовался сколько воды входит в надувной бассейн. Неужели все три куба? - Уточнял и объяснял жене, тете Зине, что это больше, чем бак у них на участке. Да точно больше. И конструкция такая устойчивая, и собирать-разбирать легко.
    Сначала меня это сильно фраппировало - мол такими мелочами человек интересуется после того, как практически воскрес, а, подумав, решил, что, вероятно, только так и надо - мелочами вылезать, да через мелочи. Через недоделанные раннее дела. Ершов был как всегда корректен и сдержан. Намеренно меланхоличен - это у него стиль такой (в детстве он мне казался Андреем Болконским). Но, несмотря на жару, в белой майке под рубашкой. Мама потом объяснила, что в корсете сидел - ему грудную клетку пилой распилили. С этого операция началась (сам он по профессии анастезиолог). На прощание ("как человеку, описывающему экстремальные состояния, тебе, Дима, должно быть, будет интересно") он мне сказал, что теперь точно знает, что душа есть.
  • Вс, 18:56: Климат меняется когда всё остальное, более "мелкое", приходящее и поворотливое, давным-давно уже поменялось. Некоторые не заметили просто
  • Вс, 19:03: - А это мой дедушка. Это он ест. У него пузо большое, - так всеобъемлюще, по-свойски и по-великосветски, Даня представил деда Софье, заехавшей к нему в гости.
  • Пн, 12:33: Не слышны в саду даже шорохи: t в городе, как и положено при болезни,все время лезет вверх. Сегодня жарче, чем вчера https://t.co/meBse4vDIJ
  • Пн, 13:56: Какой Владимир Георгиевич Сорокин милый. И откуда это, интересно, он про "Красную точку" узнал? Ничего, немного ждать осталось https://t.co/5UEp1k09H4


  • Collapse )
Паслен

О новом романе Михаила Гиголашвили (рабочее название "Тайный год")

В самом начале книги на царском «елдане» появляются гнойные язвы, которые сойдут с него, непонятно по каким причинам, ровно через полмесяца. То ли лечение ртутью аглицкого лекаря Элмиса поможет. То ли вторжение потусторонних сил, подкинувших Ивану крылатого кроля, взявшего заразу на себя. А, может быть, это просто бежавший из слободы Бомелий, алхимик и содомит, перестал подкармливать царя ядом?

По сути, книга Гиголашвили (рабочее название «Тайный год») – две недели (15 глав – 15 дней) из жизни и болезни Ивана Грозного в странный период, когда царь покинул Москву, оставив на престоле заместителя Симеона Бекбулатовича, поселился в Александровской слободе. Каждая глава, прорывая границу видений, подчас неотличимых от действительности, начинается с пробуждения Ивана, далее следует день, заполненный событиями и всевозможными хлопотами, интригами и заговорами, которые затихают ближе к полуночи, когда царь, очередной раз приняв порцию ханки, отходит ко сну.

Образ царя Гиголашвили дает, мягко говоря, неканонический. Хотя работа его – практически идеальная реконструкция не только способов говорения того времени (заимствованная из многочисленных исторических документов и писем самого Грозного, аккуратно инсталлированных в текст так, что не видно границ или зазоров), а, значит, и особенностей русского средневекового мышления, но и деталей быта и человеческих взаимоотношений. За всем этим, между прочим, встаёт огромная работа, проделанная автором, на несколько лет перевоплотившимся в литературного археолога.

Collapse )
Лимонов

"Хорошие сапоги, надо брать!" Приключение Александра Колдера в стране большевиков


О существовании мобилей, воздушных подвесных конструкций, придуманных Александром Колдером, большинство советских людей узнало из фильма Эльдара Рязанова «Служебный роман» (1977). Если помните, там один из важных второстепенных героев, карьерист Юрий Самохвалов в исполнении Олега Басилашвили, вернулся в Москву из Швейцарии, поступил на службу в Статистическом учреждении, после чего собрал у себя дома вечеринку для неформального общения с начальством и новыми коллегами. Главными заманухами этой неформальной пати оказались виниловые диски, коктейли пряные и мобиль, привезенный из заграницы, символ буржуазного комфорта и верха интерьерной изысканности, недоступной простым советским служащим.

В качестве мобиля сценографы придумали для Рязанова громоздкую, неудобоваримую конструкцию под потолком, работающую от электричества и весьма напоминающую местную продукцию легкой промышленности тех времен – топорную, грубо сработанную вещь, лишь отдаленно напоминающую западный прообраз, которой, по словам Самохвалова, оформляют интерьеры по всей Европе, для того, чтобы создать «иллюзию движения» и «успокоить нервы». Мимоходом, персонаж Басилашвили упоминает, что мобили изобрел Колдер, а теперь они распространились в промышленных количествах, поскольку уровень современной жизни позволяет иметь «иллюзию движения» в каждом уважающем себя доме. Действительно, достижения модернистов и первопроходцев, зачастую, оказываются внедренными в массовое производство – теперь варианты колдеровского изобретения можно приобрести в любой музейной лавке. В интернете существует несколько интернет-магазинов, торгующих этими хрупкими скульптурными структурами самых разных модификаций. Лидирует здесь одна датская фирма, подошедшая к созданию типовых произведений бытового искусства с размахом ИКЕИ.

Collapse )
Лимонов

Концерт Ааре-Пауля Латтика (Эстония) в Органном зале


Пока Кашин путешествует по эстонскому захолустью, я слушаю в своём концерт эстонского органиста Ааре-Пауля Латтик в пока ещё существующем Органном зале.

Начал Ааре-Пауль, разумеется, с Баха, затем был Пярт, затем снова Бах, после чего пять барочных французских пьес; после антракта, в качестве рождественского подарка, долговязый Латтик, похожий на смесь Курентзиса и Серебренникова, исполнил ещё три французские пьесы периода перехода от классицизма к романтизму, сыграл что-то из эстонского бидермайера и перешёл к французскому же модерну; после чего выдал на бис вполне типичного Филипа Гласса.

Минималист получился у него лучше всего, аутентичнее и убедительнее, срифмовавшись с Пяртом из первого отделения.

Я на органных концертах не был лет десять, решил вспомнить, подновить ощущения (каждый раз, когда иду мимо афиш Гарри Гродберга у БЗК или КЗЧ, думаю, что надо хотя бы один раз отметиться, но так до сих пор и не собрался) -когда-то у меня была масса пластинок привезённых из Литвы с голосами разных прибалтийских инструментов.

Весь этот винил был выстроен по одной схеме - сначала Бахи и барокко, а после, без особого перехода, депрессивный северный модернизм, который, впрочем, и приручил моё ухо, исподволь приучил к современным диссонансам; ведь при советской власти, когда я всё это слушал, авангардисты под особым запретом не были (даже у Стравинского, время от времени, выходили пластинки, не говоря уже о Прокофьеве или Шостаковиче), но, тем не менее, "сложное искусство" не приветствовалось и почти всегда приходилось изгаляться в палиативных вариантах.
Типа литовской органной музыки или польских журналов по изобразительному искусству, эстонского графического дизайна или венгерских коллекций живописи ХХ века (был у меня и такой альбомчик).

Орган монохромен, краска одна, зато масса оттенков и подробностей; если вся симфоническая и почти вся камерная - про время, то органная, скорее, про пространство, организуемое воздушными потоками, пеленающими воздушные же ямы над слушательской частью.

Органное звучание и образует <вырабатывает> само это ощущение пространства в едва ли не архитектурных категориях и ощущениях.
Кажется, что эту слегка простуженную дальтоническую радугу, покалывающую кожу на манер "крапивницы", можно обойти как круговую скульптуру, со всех сторон рассмотрев её неторопливую (даже когда и торопится) однотипность.

Collapse )
Хельсинки

Допишем рассказ вместе


У этого текста, разумеется, есть финал. Причём, финал, который мне нравится.
Однако, я не стал тут его сейчас обнародовать, чтобы любой желающий мог предложить мне свою версию. Принимаются любые предложения, в том числе и по всем прочим элементам текста, телесностям да частностям.
Не то, чтобы я сам не могу отредактировать свой собственный текст, просто в какой-то момент я понял, что просто так его писать мне не интересно. Реально неинтересно. Захотелось поиграть.
Кому интересно, конструктивно присоединяйтесь.

Collapse )