Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Лимонов

Мои твиты сентября

  • Пт, 13:50: Все ставят классику в современных костюмах, а кто-нибудь переносил время действия в ещё более глубокое прошлое? Представил «Гамлета» или «Без вины виноватые» в стиле античного театра и на сердце же потеплело сразу. А «Чайка»? А «Мамаша Кураж и ее дети»?
  • Пн, 01:40: Кант говорил, что пигмей, которому дорога его шкура не должен вмешиваться в политику, когда «сильные мира сего находятся в состоянии помутнения, независимо от того, происходит ли оно от дыхания богов или от вулканических газов…» 505
  • Вт, 01:32: Стриндберг «Красная комната»: «Истинная глупость всегда ведёт к консервативному образу мыслей и вместе с тем вырабатывает довольно тонкий нюх, позволяющий заранее угадывать пожелания начальства и постоянно напоминает о том, что общественное благо по сути дела есть благо личное».
  • Ср, 17:54: Теплее уже не будет. Хотелось отметить последний жаркий день, но, как нарочно, вышел он неярким, пасмурным. Проходным.Шел дождь, ветер шуршал листьями. То ли дело вчера, когда погода отчиталась за летний сезон ярким заалтарным солнцем, словно бы рассеянным готическими витражами...
  • Ср, 17:56: Преображение Господне, кстати, тоже не выделялось повышенным символизмом, утонув в соседских сумерках. Такая, значит, закономерность - ожидание не сбывается, выделение снимается вместе с курсивом и переносится на обычные, заурядные дни. Статуса лишаются даже неофициальные даты.
  • Сб, 12:47: Исследования показали, что Instagram стоит и за ростом уровня тревожности и развитием депрессий у подростков. Из тех молодых людей, которые признавались, что их посещали мысли о самоубийстве, 13% в Британии и 6% в США связывали это с Instagram.
  • Сб, 20:58: Фальсифицировали, фальсифицировали, да не заасфальтировали…
  • Пн, 00:07: Умер Володя Тучков, во всех смыслах и жанрах идеальный писатель. Все понимающий, умеющий, живший наособицу, скромный, точнее, самопогруженный в духе "умер и - подглядывает". Теперь Володя перестал подглядывать (инсульт), передав эстафету своим проектам, стихам, статьям, прозе...
  • Чт, 12:48: Сформулировал литературное правило: чем меньше предложение - тем чётче оно формулирует. Тем лучше подходит для формулирования, для передачи ремы.
  • Пт, 13:09: Дети уехали, дом опустел. Хожу как кошка по тихим комнатам. В поисках своих котят


  • Collapse )
Лимонов

Вытеснение блудного сына. Откровения лесного кладбища. Кант и новые люди Мика и Даня

Но завтра мы никуда не пошли: дела закружили, дожди.

Собрались в экспедицию после дождика в четверг. Буквально через неделю.

Вот и Лена все эти дни была настолько загружена (дети, хозяйство, работа, общение), что на второй этаж она впервые поднялась спустя вечность после приезда, а в комнату мою заглянула того позже.

– Иди, посмотри на новую картину, – сказал я ей еще в первые выходные, имея ввиду «Возвращение блудного сына» Константина Фокина, – а то ты её ведь так и не видела?

– Ну, как не видела, Дима, – ответила Лена, – на фото видела и на видео видела, причем во всех видах и с разным освещением, дневным, ночным, весенним, осенним…

Тоже подход.

Данька столько раз влетал в мою комнату за разными игрушками, манкими вещицами, привезёнными из экзотических мест и сувенирами, что большого и яркого, в общем-то, холста тоже не замечал.

Раньше висела на этом месте другая картина (вид Иерусалима в районе виа Долороса), теперь вот оммаж Рембрандту, мало ли в Бразилии донов Педро?

Вчера, на закате, когда солнечные лучи пробирались сквозь дождевые облака, образуя витражный свет, возможный лишь осенью, я окликнул Даню, показав на фокинский холст. Готическое солнце южно-уральской низины в тот миг сконцентрировалось на багряном лице старика в агатовой хламиде. Крючковатыми руками он обнимал багряную спину сына с песчаными оттенками складок, засунутых в зеленый контур.

Красочный, красный свет наполнил живопись изнутри, из-за чего пространство картины будто расширилось. Даня замер. Заблудившаяся сентябрьская муха зажужжала у оконного стекла в поисках выхода.

– Можно потрогать? – Спросил Даня, чтобы убедиться: картина настоящая. И свет внутри нее распускается тоже реальный.

Мухе пришлось приоткрыть оконную раму. Она выскользнула из теплого дома навстречу терпкой прохладе.

Конечно, мне хотелось бы написать, что отныне Даня постоянно бросает украдкой взгляды на холст и это вошло у него в привычку.

Но это не так. Врать не стану. Даже для красоты.

Даню интересуют совершенно другие материи и более понятные вещи.

Мальчик лишь принял к сведению новый объект. Тут же заархивировал его. На всякий случай.
Перевёл в экзистенциальную цифру.

Искусство потребностей Дани лежит в иной плоскости устойчивого равновесия.

Важно только то, что касается тебя непосредственно.

И да, конечно, дети – это что-то окончательно непредсказуемое. Чего от них совсем не ждешь.

Collapse )
Лимонов

Сдвиг по фазе. Встреча через два года или Добрый дом искусств и ремёсел

Осенью лето у нас не закончилось, но продолжилось: Лена привезла Даню с Микой второго сентября (природа выдала Уралу в этот день максимальные 29 по Цельсию), вместо июля, обычного для каникул у бабушки с дедушкой. Из-за пандемии, мы не видели Лену и мальчиков два года. Сильно скучали, пока они росли где-то в теплых краях. Дане теперь почти десять, Мике пять, у Полины через месяц – дембель.

Лена взяла билеты как только стало можно. Как только «Израиль открыл Россию», перевёл её из красного пояса в оранжевый. На изготовке мы все были с середины мая и всё лето, однако, только Лена знает сколько денег вылетело в трубу из-за нескольких отмен и переносов рейсов: ситуация буквально менялась каждый день.

Вчера ещё было пасмурно и накрапывал дождик, а сегодня повсеместно включена средиземноморская бархатность. Тем не менее, бабье лето ждём с отдельным выходом – как-то приучены, что оно приземляется на Урале через затяжную (воздуха побольше набрали) паузу – к наступлению осени по старому стилю. Давно смирились, что из-за календарного сдвига весна приходит на две недели позже, зато лето, почти легитимно, продлевается на вполне ощутимых полмесяца.

Перечитал сейчас записи 2019-го года, как провожали детей без предчувствия долгой разлуки, переживая, разве что, за Посю, ещё только готовившуюся к призыву. Выходит, что пандемия не только синхронизировала доступность деток для бабы и деды (Посю ждем сюда на дембельские каникулы после увольнения), но и позаботилась о развитии сюжета – сделала монтажный стык между встречами особенно ощутимым. Почти как в кино. Нарочнее не придумать.

Collapse )
Хельсинки

Перечитывая "Клима Самгина", том первый (1)

Обозначая многотомный роман «повестью», Горький имеет ввиду ее хроникальность, то есть целенаправленную, одностороннюю устремленность в будущее.
Повесть как узкоколейка, сфокусированная на крупных планах, как план-конспект, способный на потенциальное расширение, дописывание и уточнение.
Ну, а пока Горький накидывает как бы предварительный вариант, еще только способный трансформироваться в полноценный роман с кружком расходящихся тропок.

***

Читая «Клима Самгина» ни на секунду не забываешь, что читаешь книгу именно Максима Горького, ибо образ автора довлеет над написанным.
Это как с актерами, которые в разных ролях недоперевоплощаются в персонажей, но несут самих себя: де, это я, играющий Гамлета или же Офелию.

Однако, текст «Клима Самгина» необычен для нашего восприятия Горького, пафосного революционера и советского функционера, из-за чего, во-первых, впечатление от чтения идет на пользу книге, будто бы прыгающей выше самой себя (соцреализм Горького – это высокий модернизм, собирающий сливки модерна и как бы итожащий, обобщающий его достижения); во-вторых, не дает чтению стать наивным и окончательно соединиться с чтением, все время примешивая к процессу социокультурное остранение: де, да, это я читаю Горького, но не как Горького, а как послесловие «Серебряного века», поскольку «история пустой души» мало чего объясняет в советском настоящем, в котором писатель не оставляет этот избыточный и многодельный труд.
«Всегда очень важно быть немного недооцененным…» (Олег Кулик)

Collapse )
Лимонов

Роман Ивана Тургенева "Отцы и дети"

Три романа (из шести написанных Тургеневым) начинаются летом, три – в конце весны («Отцы и дети» – весенний текст), чтобы равно развиваться, упираясь в холода, в ненастье и в снег: за исключением эпилога, подводящего итоги персонажных траекторий с отрывом от производства основного нарратива, тургеневские повествования оказываются куском цельного, непрерывного сюжета, схватывающего важнейшие (или же переломные для судеб главных героев) события жизни тех или фигур, более всего необходимых автору, устраивающему охоту за новыми типами.

Переломные события в этих жизнях важны не сами по себе (хотя, они, чаще всего связанные с любовными переживаниями, лучше всего востребованными «нетребовательной публикой», воспитанной безыдейной беллетристикой), но как фон и способ для развёрнутых манифестаций – изложения взглядов и намерений, которыми творческая активность «лишнего человека», чаще всего, и исчерпывается.

Сладкоречивый Рудин прожигает существование попусту, хотя и гибнет на парижских баррикадах. Лаврецкий запирает себя внутри былых воспоминаний, духовно почив раньше физической смерти. Инсаров надрывается в чахотке и умирает в Венеции, сподобившись разве что на тайную женитьбу и умыкание невесты у её богатых родителей.

Схожую историю имеет и Базаров, говорящий сплошными манифестами (именно категоричность его и вызывает постоянные споры с окружающими, в конечном счёте, доводящая его до дуэли с братом хозяина усадьбы, где он гостит весьма продолжительное время, таким образом, сводя фабулу книги к анекдоту), когда не расчленяет лягушек и не собирает гербарии.

Все воспринимают Базарова будущим гением, способным совершить для людей много хорошего (а он и сам о себе точно такого же мнения, из-за чего кривляется и кокетничает без конца, так, до какой-то отчаянной неловкости, сильно корёжит его от осознания собственной правоты и непреходящего величия), но столкнувшись с первым же реальным случаем из деревенской практики (вскрытие трупа мужика, умершего от тифа), Базаров заражается через случайную ранку и умирает.

Перед этим, правда, он, как и все прочие персонажи Тургенева, проходит чрез «очистительное горнило» любви к Одинцовой – она отказывает Базарову, во имя потенциального чувства к его товарищу Аркадию Кирсанову, который, в свою очередь, выбирает Катю, младшую сестру Одинцовой, постоянно краснеющую скромницу.

Но после того, как Аркадий делает предложение Кате, Одинцова спохватывается.
Да уже поздно.

Collapse )
Паслен

В конце августа. К концу сезона

Лена не взяла с собой коляску обратно домой: там она не понадобится, так как, во-первых, образ жизни иной, более высокого уровня – по Израилю передвигаться в машине, конечно, лучше. Особенно по жаре.

Во-вторых, Мика вырос и уже сейчас плохо в коляске укладывался – ворочался с бока на бок, пока засыпал, выставляя ноги наружу: дети растут, вырастают, постоянно меняются, более не возвращаясь к предыдущим итерациям.

Это, пожалуй, самое важное: каждый год дети приезжают другими, неповторимыми.

Целый год растут, развиваются, а мы здесь собираем урожай качественных изменений, на которые они более не оборачиваются.

То ли усваивают, растворяя внутри, то ли отбрасывают за ненадобностью как те ступени ракеты-носителя, отработавшие топливо.

Упустил возможность наблюдения – значит упустил её навсегда.

Смотришь на них (чужая жизнь – всегда немного игра и почти всегда слегка будто бы несерьёзно) и думаешь как они меняются в эти месяцы, проживая рядом какой-то кусок своей жизни, а, на самом-то деле, это ты проживаешь кусок, да ещё какой, другого не будет, просто у детей это как-то заметней выходит.

Ну, или у тех, кто рядом и в параллель, так как себя же только в зеркале видишь, а зеркала-то врут.


Collapse )
Паслен

Про очередную поездку в общее прошлое и про восьмерых за одним столом под одной крышей

Сегодня уложить Мику мне не удалось. Второй раз уже не получается утуркать его на послеобеденной прогулке, когда его ничто не берёт – ни песни, ни проезжающие машины, ни подъёмный кран, бесперебойно работающий на стройке, ни даже трактор, занимающийся канализацией у школы для дураков, куда мы заехали в поисках тишины и покоя.

Вообще-то я считаюсь главным в семье специалистом по укачиванию младенца и технологиями наведения сонливости, вроде бы, овладел в совершенстве.

Но бывает и на старуху проруха – с одной стороны, сильный ветер, с другой – яркое солнце, уличные шумы и общее настроение Мики, вместо сна занявшегося в коляске разбором машины скорой помощи, которую Даня соорудил из деталей конструктора Лего.

Даня готов был собирать машинки и дальше, однако, его ждала математика.

Ну, как ждала – располагаясь за занятиями, Даня замолкает (уже хорошо – в доме становится тише), начиная заниматься любыми своими делами – каждый, кто готовился к экзаменам знает этот прикол, когда внезапно становится интересным буквально всё, кроме предмета, который завтра сдавать..

Сегодня, например, Даня пытался писать цифры ногами, а ещё готовил подарок Надежде Петровне, в которой мы собираемся в школьную библиотеку.

Причём, собираемся в гости к ней так основательно (петрушку с укропом, кабачки, разросшиеся до размеров аэростатов, а так же яблоки, которых в этом году так много, что непонятно, что с ними делать – варенье, сок, нарезку для зимнего компота, я просто раскладываю падалицу по комнатам для аромата и тогда начинает казаться, что комнаты плывут куда-то, вместе с запахом), что Даня, отвлекшись от занятий, задаёт вопрос.

– А Надежда Петровна, вообще, зарабатывает?

В школе много не заработаешь, поэтому Петровна участвует и в работе избирательного участка, штаб которого расположен как раз в кабинете её школьной библиотеке.

Теперь у неё масса дежурств и совещаний, поэтому много времени уделить нам она не сможет – просто мы передадим ей кабачки и яблочки, а она одарит нас пирожными, которые сестра Татьяна напекла для всего нашего святого семейства.

Ну, и важно же съездить на Северок нашего детства, вновь прогуляться с Данелем по местам школьной славы, посетить Петровну, которая прошлым летом открыла ящик денежной Пандоры, подарив Дане сотенную купюру.

Страсть к деньгам, таким образом, у него началась, можно сказать, в родительской школе.

Важно так же вернуть в наше повествование не последнего персонажа, так как в правильной истории никто никуда не девается, а Софа, главная Данина подруга, регулярно возникающая в рассказах о поселковом лете, в этом году долго отдыхала на море, потом появилась, стремительная как стрела (Даня, правда, успел попрыгать с ней на батуте и показать ей свои плавательные трусики), чтобы основную часть общения с Даней и Микой перенести в дом отдыха на озере Еланчик, куда вся его семья отбыла на неделю после воссоединения в первой августовской декаде.

Collapse )
Паслен

Внеочередной, срочный выпуск «Лесной газеты»: Василиса третий день как пропала!

Сегодня мы вернулись на площадку у Глухарей, когда на ней никого не было. Видимо, из-за жары, установившейся после сильной бури ночью, отрубившей электричество по всему посёлку. Баба Нина говорит, что такого буйства стихии на АМЗ никогда не видела.
Грозу и дождь сменил полный азиатский штиль – сегодня «всего» 28, завтра и послезавтра обещают погоду за 30, и такой уровень температур продлится до конца десятидневного прогноза.

Но Микиному расписанию зной не помеха, во-первых, война войной, а обед по расписанию.
Во-вторых, они привычные.

Если возить коляску по солнечной стороне квартала, минуя тень, Мика быстрее засыпает.
На жаре сон снисходит раза в два стремительнее.

Пока Даня играет с детьми, а мы с Микаэлем наворачиваем круги по периметру треугольного квартала…

Впрочем, ситуация с соратниками по Даниным играм повторяется почти из раза в раз – мы приходим первыми и Данель начинает скитаться среди горок и качелей, в поисках хоть какой-нибудь жертвы общения.

Ему, конечно, скучно в одиночестве: люди ХХI века привыкли, что «картинка» постоянно мелькает и меняется, а информация поступает в количествах, многократно превышающих возможности воспринимательной машинки.

Люди XXI века боятся скуки сильнее косых взглядов или неприкрытого высокомерия.
Выходя к случайным попутчикам по площадке, Даня переступает через природную тактичность и тщательно лелеемую нерешительность – мелькание картинки эмоций важнее.

Это люди ХХ века (логоцентристы, вроде нас с вами) устают от постоянного усложнения мира и «клипового мышления» медиа, из-за чего и тоскуют по бинарным оппозициям СССР, где всё было понятно – либо ты за луну, либо за солнце, а если он не с нами, то он тогда враг и его следует уничтожить.

Те, кто идёт сразу за миллениалами, изначально существуют в избытке информационного мусора – он им питаются.


Collapse )