paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Моне (105)


Цветёт черёмуха к похолоданию, ночью до минус двух; тени удлиняются, небо становится чистым, точно зрачок или крыжовник неспелый


"Bennecort" (1885), частное собрание, городок, чьё название схоже с фамилией какого-нибудь философа-поструктуралиста третьего ряда, возможно, похороненного где-нибудь здесь, на кладбище, похожим на сад или в саду, схожим с погостом, неуклонно вступает в очередную весну, плавно отвоёвывая пространство [хотя бы на время] у вечного холода. График колебания дневных и ночных температур постепенно стачивается, наливаясь благоуханием расцветающих садов и цветочных пагод. Стены прогреваются и становятся тёплыми точно человеческие тела, тени удлиняются и наливаются целым спектром оттенков; розовая хмурь налетает вместе с порывами холодного воздуха освежающим бризом, а не складками-морщинами на заветренном затылке лбу. Не то у нас: русские погодные горки много круче американских и, тем более, французских - не успел чернозём впитать солнечную активность, как атмосферное давление впечатывает голову в подушку с кружевными оборками из Прокофьевских сонат и квартетов Шостаковича, да так, что не подняться. Но спится хорошо, видится далеко, вплоть до самой Франции сон ползёт по низинам туманным, партизаном каким, забинтованным...
Это небо хочется назвать бессовестным, безгреховным, настолько оно чистое, точнее, очищенное от всего и, оттого, особенно глубокое. Дело даже не в том, что там хорошо где нас нет, но вот в этой поступательности добра тепла, легко путаемого с христианским идеалом и христианской же добродетельностью.
Tags: Моне
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments