paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Редакционная политика (2)

Продолжая думать про редакторство и режиссуру, с горечью осознаёшь, что никакой ты не режиссёр, а менагер среднего звена, причём буквально среднего, срединного - зажатого между авторами, с одной стороны и начальством, с другой. И ты постоянно думаешь о тех и о других, хотя самое важное - думать, в первую очередь, о читателе.
Но тут тебя оправдывает и спасает, что, во-первых, твои авторы и твоё начальство - это, ведь, тоже читатели, причём не самые последние.
Да и ты, между прочим, во-вторых, танцуя на пятачке возможностей, стараешься делать именно ту газету, которую тебе самому хотелось бы прочесть. Несмотря на то, что ты слушаешь Шёнберга и Раннева, а публиковать, в основном, приходится про Раммштайн и ещё раз Раммштайн, можно исхитриться и вырулить на более-менее приемлемый компромисс.
Ну, да, в этом смысле, редактор похож не на режиссёра, но на актёра, работающего собственным телом - нужно уметь задавать себе вопросы и вытягивать из себя ответы, дистанцируясь и отстраняясь и от себя самого и от своих вредных привычек. Умение задавать верные вопросы - вот что делает человека зрелым.


Авторы - это твой золотой, стратегический запас, самые важные люди в твоём деле, и хотя авторов всегда больше, чем мест, в которых можно печататься, хороших авторов всегда мало. Меньше, чем бы хотелось.
Самое верный и важный способ обзавестись хорошими авторами (но и самый трудоемкий и медленный) - найти нового автора и воспитать его. Я бы вообще бы отдельной строкой редакционного профессионализма прописал бы открытие и пестование новых авторов. Это такая важная открытость миру, делающая твой раздел или твоё издание открытой структурой, которая костенеет и разрушается медленнее, чем закрытая. Самотёком приходит масса текстов, плохой редактор отмахивается от них и сваливает в корзину, хороший же ищет крупицы смысла во всём, что вокруг. Ну, хорошо, пытается искать.
Автора нужно холить и лелеять, идти ему на встречу, не лениться доверять.
Когда я работал в театре, мой многомудрый худрук как-то сказал мне, что профессиональное доверие - залог успеха: когда ты доверяешь тем, с кем работаешь, не дёргаешь их по пустякам, не лезешь с дилетантскими замечаниями в работу композитора или сценографа, ограничиваясь объяснением потребностей спектакля, люди отрабатывают карт-бланш много тщательнее, нежели если сидят на короткой привязи.
Главное и святое - гонорары, тут любой уважающий себя редактор должен быть на стороне авторов.
В конце концов, если ты не веришь, что партнер твой способен на нужный тебе уровень, то тогда зачем иметь с ним дело?
Кажется, точно таких же принципов, в самом начале нашего знакомства придерживался и Боря Кузьминский.
Хотя идти на поводу у авторов тоже нельзя. Есть такие, что тут же начинают садиться на плечи, удивляясь, почему ты заказываешь текст про то, что им не кажется таким уж и важным и не заказываешь то, что у них горит в крови. У каждого свои резоны и понимать необходимости хозяйства можно лишь врубившись в архитектуру целого.
Редактор вынужден учитывать такое количество извне входящих обстоятельств (от технических до эстетических), что с ходу врубиться в его логику крайне сложно. Да и нужно ли это?

Если кому и нужно, то начальству, которое, разумеется, видит подведомственный тебе отдел совершенно иным образом.
Собственно, любой отдел в любом СМИ и является компромиссом между желаниями одних и возможностями всех прочих.
Редактор потому и срединен, что его разрывают в разные стороны авторы, с одной стороны и начальство, с другой.
Начальству всегда виднее, у начальства обзор шире и горизонты дальше, у начальства свой собственный спектакль, в котором ты занимаешь ту же самую роль, что и автор - в твоём театре, поэтому с начальством не поспоришь, спорить можно только с авторами, которых, на самом деле, нужно холить и лелеять, отчего ты всё время прыгаешь как на горячих углях и стараешься не скатиться в банальное вранье.
Потому что небанальное вранье ещё хуже.
С людьми нужно говорить, объясняя свою позицию. Даже если тебя не поймут, то, хотя бы, сделают вид, что поняли. Уважительно отнесутся к самой интенции объяснения.
Так, собственно, говоря, ты и превращаешься во врача.

В годы студенческой юности я подрабатывал на приёме у своего отца, через некоторое время, наконец, поняв, откуда у него привычка по три-четыре раза объяснять самые очевидные вещи. Когда к тебе на приём приходит техник или сантехник, ты должен на понятном ему языке объяснить необходимость срочной операции.
Человека клинит от таких перспектив, и тогда ты говоришь то же самое, но словами, менее тревожащими сознание. А потом ещё и ещё, для закрепленья результата.
Настоящий редактор не способен стать светским человеком, так как он всё время видит изнанку и потому что он, к тому же ещё и зануда.
К счастью, эта профессиональная деформация, позволяющая отделять "своих" от пятикопеечных выскочек, практически неизбежна.

Tags: СМИ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 82 comments