paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

От Рембрандта до Вермеера. Пинакотека


Пинакотека - относительно новое важное арт-место, находящееся на площади Мадлен и ещё не попавшее во все путеводители. Даёт коммерчески выверенный верняк: после голландской живописи из закрытого на ремонт амстердамского Рейксмузиума, привозят ретроспективу Мунка. Так что со вкусом здесь всё в порядке, а одной обязательной для посещения точкой, больше; что не есть гуд, так как самой большой радостью последних дней оказался сокращённый вариант постоянной экспозиции в ДОрсе и отсутствие едва ли не трети картин в Оранжерее.


87.42 КБ

А с утра, надо сказать, дождь лил мелкий и бескомпромиссный, точнее, даже не лил, но тыкался в очки и портил настроение; поэтому самой важной частью посещения Пинакотеки оказалась получасовая очередь под ветром, отчасти спровоцированная тем, что во вторник подавляющее большинство музеев не работает. Хотя в ДОрсе очередь сегодня была в два раза больше, но шла в два раза быстрее, а дождь и вовсе отсутствовал, хотя речной ветер (ну чистый Писсаро, местами переходящий в Утрилло) с реки старался изо всех сил. Всё-таки, дождь и ветер - самая лучшая погода для изучения голландского сумрачного света.

Внутри нельзя фоткать, стены окражены в тёмно-синий и в тёмно-зелёный, а свет почти отсутствует; есть лишь подсветка картин, точечно-расфокусированная из-за чего в полумраке узких залов, из которых выстроен трехэтажный лабиринт, ничего не видно, кроме картин и витрин с драматически красивыми артефактами.

Обычная малая голландская живопись. Много ван Остаде, по одному Тербоху и Геде; стена пейзажей Рейнольдса, три замечательных Хальса, шесть Рембрандтов (четыре портрета, из них два со стариками, один - печальный, многомудрый еврей, другой - чурбан в чурбане; затем мушкетер, размером с почтовый конверт и две больших многофигурных композиции на библейские темы) и, на закуску, Вермеер со служанкой и госпожой, снятой как бы из прихожей и, при этом, плохо скадрированной. Всё остальное - масса цветочных натюрмортов, офортов и рисунков, бытовых зарисовок и морских гравюр, отменного, разумеется, качества, но скучное до скуловорота.

И толпы людей (снова встретил своих консерваторских незнакомцев), стоящих под дождём, чтобы. Странно? И я стал думать про выбор путешественника и выбор его предпочтений, в которых кино и драматический театр стоят на последнем месте из-за незнания языка. Опера, как правило, это дорого и эпизодически, важный, но необязательный пунктум любой программы, к нему нужно готовиться заранее и основательно, что не всегда возможно. К тому же в хитросплетениях концертой жизни, порой, путаются и сами меломаны, куда уж до этого приезжим? Так что филармонические концерты тоже отпадают. Народ, приезжающий в, ходит, в основном, по му-зе-ям. И отгадать почему он предпочитает здесь изобразительное искусство всем прочим - интересная
задача.

Мне кажется, оттого, что в основе музейных хаджей лежит всё та же идея путешествия по святым местам; идея паломничества и причащения к мощам святых. Общество перестало быть религиозным, а инстинкт остался.
Но картины - это ведь, с одной стороны, квинтэссенция культурного (национального, наднационального, эстетического) опыта, а с другой - замещение реального города и реального опыта жизни в нём. Скажем, я включаю музыку, чтобы в это время не слушать новости по телевизору или сам телевизор; одно вытесняет другое. Скажем, я точно знаю, что пока идёт концерт или спектакль со мной мало что может случиться (мне, кстати, тут в Зингаро Андрей предлогал сходить, так я отказался).
Вот чужой город, как место непривычное и, потому, повышенно опасное (как практически, так и семиотически, отчего, например, обостряется поиск двойников в толпе или в метро, что, как мне кажется, есть косвенный знак перебора ключей и подбора отмычек, сцеплений с тем, что вокруг)
и требует (или предлагает) сублимацию получения информации о месте пребывания через эти самые окна выхода вовне. Тем более, что и картины и музеи, уже давным давно выставляющие сами себя, тоже являются частью вселенной.

Всегда, не только в дурную погоду, возникает альтернатива уже даже не проведения досуга (что не есть досуг в такой поездке?), но а) способа сбора информации; б) опыта постижения окружающего тебя окружения; в) целеустремлённого отгораживания от действительности. Ведь всегда же почти стоит эта альтернатива, камни или люди, и мы почти всегда выбираем - что? В прошой, едва ли не полуторомесячной моей парижской жизни я отказался от походов по музеям. Помогло ли мне это - запомнить или забыть город, в котором?
Вот вопрос вопросов, а пока он не решён, продолжаешь, как подорванный, носиться по тёлым пространствам с искусственным освещением, не помогающим ни забыть, ни забыться.


Tags: Париж, выставки, музеи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments