paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Север. Больница святого Павла

Похолодало, из-за этого, кажется, стемнело раньше обычного; я натянул пиджак и отправился на вечернюю прогулку в сторону от туристических кварталов и старого города, которые на юге, в сторону севера, где Барселона не играет саму себя, но является самой собой.
Для этого нужно идти в направлении Саграды, ориентируясь на светящийся фасад Национального театра, через мост с железнодорожными путями и параллельных ему парку где-то внизу, под дорожной развязкой, где, как говорила Лена, Альмадовар и снимал свои сцены с проститутками и трансвеститами из "Всё о моей матери".

Идти на север легко и приятно: краем левого глаза наблюдаешь, как Саграда увеличивается в размерах, а тонкие нити, на которых она подвешена к тёмному потолку превращаются в башенные краны. Между тем, город приходит в себя после летней (так как днем лето, а вечером уже осень-осень) истомы, как закрываются заведения и в магазинах гасят свет.
Можно не торопиться, тормозить на перекрёстках у скошенных углов - согласно плану инженера Серда, превратившего середину города из месива дикорастущей застройки в сетку, состоящую из кварталов правильной, почти квадратной формы (1859 год, между прочим).
Главной особенностью этих кварталов, из которых состоит буржуазный Эщампле, являются скошенные под углом 45* углы этих самых квадратов, из-за чего на всех перекрёстках возникают небольшие восьмиугольные площади, фасадами наружу.
Это, с одной стороны, помогает людям и транспорту разойтись, устроить в угловых фасадах самые популярные кафе и магазины, организовать движение с помощью светофоров, утопленных в глубине улиц, а не на перекрёстках из-за чего, с другой стороны, каждый раз нужно пройти чуть больше, чем в других городах, однако...


Замерев на пару минут возле подсвеченного как в праздник портала Рождества, похожего на морского гада, вылезающего из воды или же на рогатую улитку, чью морду, с которой всё время стекает вода, венчают рога и сзади прикреплена неподсвеченная раковина недостроенной части, я забрал резко вправо и пошёл по бульвару Гауди, на котором заведения только-только начали готовиться к позднему барселонскому ужину.
Здесь много туристов, поэтому много ресторанов и лавочек, гуляк и выгула, на бульваре расставлены стулья, чтобы можно было съесть свою пиццу с видом на Саграду.
Светло как днём. Или как на катке. Но мне сюда не нужно: я решил посмотреть Больницу святого Павла, построенную соперником и конкурентом Гауди - ещё одним титаном модерна, Думеником-и-Мунтале, чей Дворец Музыки, стоящий между Рамбла и готическим кварталом вызывает у всех до единого (в отличие от творений Гауди) веселящий восторг.
И правда - это чудо из чудес, оставшееся в тени Саграды. Причём, как в переносном смысле, так и буквально - Больница сокрыта в темноте, подсвеченной оказывается только центральная башня с часами, из-за чего первоначальный портал оказывается похож на средневековый вокзал. Вот если бы в готическую эпоху были бы поезда, то средневековая станция могла бы быть именно такой - навороченной и странной.
Суггестии добавляет ещё и то, что Больница стоит в темноте, внутрь можно легко зайти через огромную арку и оказаться под сводами, стилизованными, несмотря на циклопические размеры, под древнюю крипту. Подобные, полурастительные, полупещерные своды Гауди делал в галереях парка Гуэль.
Но тут - больница и тишина, и нет ни одного человека.

74.37 КБ

Потом ты выходишь во внутренний двор, окружённый странными особняками с узкими бойницами окон и яйцеобразными башнями - Думеник-и-Мунтале построил целый сказочный городок, размером в девять обычных кварталов Эщампле, расставив каскадами, наподобие фонтанов 48 самодостаточных павильонов, целый городок, каждая, даже самая мельчайшая часть быта или декора которого, продумана до последней чёрточки.
Главый вход с арками оказывается чуть внизу, ты всё время поднимаешься вверх, к пику круглой площади, окружённой двух-трёх-этажными домами красного кирпича, в которых смешаны северная и южная готика, романский стиль и мавританское влияние, подтопленные со всех сторон текучими и текущими формулами ар нуво, мозаиками и скульптурами по бокам.
Дом Орта в Брюсселе или особняк Рябушинского в Москве - примеры арнувошных артефактов от целого до последней дверной ручки на заднем дворе, а Больница святого Павла, окружённая острыми кованными решётками, столбами, в темноте напоминающими нераспустившиеся бутоны и массой вседозволенного декора, - целый, от начала до конца, арнувошный проект.
При том, что больница действующая, к ней постоянно подъезжают кареты скорой помощи (на задах этого великолепия, который в Москве точно бы превратили в какой-нибудь посольский район, раздав особняки отделений латиноамериканским дружественным демократиям, пристроены три или четыре современных корпуса, но они чуть в отдалении, не ломают первоначальной схемы Думеник-и-Мунтале и их почти не видно и не слышно), надписи объявляют, что вот в этой красоте - онкологическое отделение, а в этой - гнойная хирургия.
Город в городе и городок в табакерке, так как тихо и шума Эщампле почти не слышно. Идеальная декорация для мистического хоррора. У здания с вывеской "банк крови" тёрлись о решётку невероятно толстые коты. Я зашёл под пальмы помочиться и вдруг поднялся ветер, деревья и кусты пришли в движение, точно живые мертвецы, колокольня на центральной башне начала отсчитывать девять. Ну, да. Помочился.

Выскочив за ограду, снова пошёл на север, в гору, что с каждым кварталом становилась всё круче и круче, пока не дошёл до большой магистрали, окончательно отрезающей Барселону от новых районов с широкими проспектами и высокими домами (по проекту инженера Серда, дома в Эщемпле не должны превышать 17 метров, отчего застройка здесь приятно ровного роста), которую было уже не перейти - Рондо дел Гуинардо и пошёл по ней на запад, миновав станцию метро имени Альфонса Десятого, возле которой свернул на юг и углубился в кварталы, которые будто бы слиплись и стали тесными.
В названиях заведений и улиц замелькало слово Грасия - так называется самый странный и неявный район Бсн, который все хвалят и про который сложно сказать что-либо определённое, так как, странным образом, сочетает респект Эщампле, экзотику и готическую сплющенность старого города и пролетарский (интернациональный, а так же богемный) дух, свойственный молодёжным туристическим центрам - то, чем ещё только хочет стать Побленоу, в котором я и остановился.
Выйдя на площадь-двор с большим католическим собором посредине, я вдруг представил себе, что какими-то волшебными силами, часть Борна, примыкающего к готическому кварталу и являющаяся важной частью старого города (это там, где музей Пикассо) перенеслась сюда, растеряв по дороге всех туристов, старше двадцати пяти.
Тусуются здесь так же активно, как и там, вот только внешний антураж не такой роскошный, нет архитектурных шедевров, да и забегаловки, харчевни да закусочные, подешевле. Но из этого, между тем, зарождается иной, чем в других местах (даже и в Верхнем Ревале) колорит.

Так устроены компьютерные игры, самовольно переключающие уровни сложности - каждый квартал пишет как он дышит и все они разные.
То ты идёшь по буржуазной ухоженности, то, пересекая невидимую демаркационную линию, попадаешь в квартал совсем уже отчаянных работяг, ремонтирующих во дворах мопеды.
То оказываешься в богемном пристанище, где тесно людям и языкам, а то переходишь очередную проезжую часть и скомканная скатерть города очередной раз разглаживается и ты выходишь на проспект Гарсии - становой хребет станового Эщампле - чуть-чуть пройти, мимо бутиков и вот тебе Ла Педрера, у которой неожиданно возникла (ещё пару дней назад не было) скульптура Майоля, изображающая голую женщину, лежащую навзничь, а ещё пройти немного - вот он, дом Батлио и вокруг - бутики, бутики, бутики.
Так, собственно, я и дошёл до площади Каталонии, где спустился в метро, незадолго до полуночи...

Всевидящее Око
Tags: Барселона
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment