paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Category:

"Против исключения". Основная экспозиция 3-ей Биеннале. "Гараж"

Ситуация в contemporary art'e напоминает мне погоду эпохи гласности, когда, вдруг, открылись новые стороны жизни и темы; вдруг стало видно во все стороны света, мир утратил чёрно-белую полярность.
Журналисты, писатели и, например, театральные деятели кинулись создавать тематические произведения, когда главным оказывалось затрагивание той или иной, доселе, закрытой проблематики.
Расширение лексикона происходило не за счёт глубины постижения, но затрагиваением неосвоенного. Вампиры и лесбиянки, НЛО, генерал Власов и Чернобыль - всё это хлынуло в культуру, способствуя созданию одномерных, монотематических, в духе Артура Хейли ("Колёса", "Аэропорт", Отель") или Ильи Штемлера ("Поезд", "Архив"), произведений.

Нынешние художники обязательно должны удивлять - нестандартным использованием материалов, расширением выразительных средств, которые берутся буквально из-под ног или же, напротив, создаются с помощью высоких технологий или же шокирующими аспектами существования - покойниками, наряженными в гламурные одежды, порезами на теле или стариками в колясках.
Голые тела уже никого не удивляют и тогда видео делается из сотен голых тел, покрывающих асфальт и оказывающихся, помимо всего прочего, метафорой массового общества со стёртой идентичностью. На видео в соседнем зале, парни, обряжённые в национальные костюмы, расчехлили ширинки и вытащили свои эрегированные причиндалы, слушая монументальную певицу, исполняющую народную песню.
Материалы обманывают и обманываются, прикидываются не тем, чем являются на самом деле: готический собор – трактором, а скутер – бензовозом, парафиновая головка – сыром, а чёрная паутина – тишиной пожарища. Целый зал выделен скульптурам, построенным на оптическом обмане: смысл меняется от того под каким углом на них смотреть.


Куратор Жан-Юбер Мартен выстроил основной проект 3-ей московской биеннале как каскад аттракционов, начинающийся уже в фойе. Струи искусственного водопада, образующие мгновенно исчезающие слова и два больших воздушных шара с нанесёнными на них очертаниями материков, болтающихся под мощными воздушными потоками обещают зрелище, которое существует только здесь и сейчас.
В центре "Гаража" выстроена прямолинейная выгородка с разветвлённой системой залов, вне которой, по бокам, тоже идёт какая-то культурная жизнь из картин, скульптур, инсталляций и объектов. Но маршрут продвижения выстроен так логично и правильно, что отклониться от него невозможно, так ты и идёшь по логике куратора.
С помощью многочисленных артефактов, Мартен ставит спектакль, соединяя художников из разных стран, а так же разные стили и жанры.
Экспонаты переговариваются друг с другом, дополняя или опровергая соседей; каталог, где всё это разбито на составляющие, не работает: выставка в "Гараже" важна именно своим единством, которое можно трактовать по-разному.
Например, как некий законченный цикл, начинающийся большой инсталляцией с участием кур, мёртвых (изображённых на фото) и живых, копошащихся тут же, в клетке. Напротив кур повешено видео, на котором копошатся полуголые немецкие старухи. Тут же висит странная, на грани с примитивизмом, африканская фигуративная живопись большого формата.
Дальше, на разных этапах выставочного лабиринта, где тёмные загончики для видео чередуются с серыми загонами для отдельных мини-экспозиций, попадутся инсталляции с участием, ну, например, птиц, противопоставленных разложенным электрогитарам, издающим звуки или же, с участием насекомых (запомнил две таких), черепах и змей.
После всех этих многочисленных кругов кромешного арта, на выходе, Мартен забивает последние мощные гвозди, пуская подряд, по нарастающей, три самые эффектные инсталляции - уже упоминавшиеся фото случайных, неопознанных трупов, обряженных в модные тряпки и загон, в которых на электрических каталках мотаются натуралистические муляжи спящих стариков - генералов, муфтиев и священников.
"Против исключения" выстроено и разыграно как представление авангардного театра, в котором одновременное действие купит и пенится на всех площадках сразу, складываясь (или не складываясь) в некое подобие единства в голове ошалевшего от сочных и зрелищных аттракционов, зрителя...

"После исключения", сделавшего ставку на художников из третьего мира (куда практически не попали творцы из стран СНГ и Варшавского договора, а русские художники приглашены в качестве экзотического дополнения), должен, по замыслу куратора, собрать "каждой твари по паре". Объединить маргиналов, не попавших в столбовую историю искусства (самых модных ныне в мире радикалов из Китая и из Индии начали привечать и раскручивать лишь в последнее время) - европейского и американского.
Но сведённые в альтернативную историю искусства, развивающуюся вдалеке от привычных арт-центров, эти самые "пограничные явления" сами слились в некоторое подобие мейнстрима, такого же яркого, развлекательного и социально озабоченного, как и у их европейских коллег.
Фактуры и палитры поменялись, но на первый план вышли всё те же общественно ангажированные явления: бедность, безработица, эмиграция, агрессия, некоммуникабельность и разобщённость.
С тех пор, как скончался модернизм, более другого озабоченный созданием персональных мифологий, искусство стало выхолощенным и прямолинейным, опять же, напоминающим театр, когда мессидж возможно передать одной фразой.
Искусство стало зрелищным и активным, иначе его просто не заметишь и пройдёшь мимо. Объекты на выставке "бабачат и тычат", перекрикивая соседей и стирая в памяти друг дружку - пока дойдёшь до финала, многое оказывается забытым.
В этом разноплеменном, разноязыком гомоне невозможны понимание и единство - ну, какое, в самом деле, возможно смысловое поле на Ноевом Ковчеге? У Ковчега может быть лишь одна цель - спасение утопающих видов и пород.
Так и тут, в "Гараже", светлом и просторном, стоящем посреди вечернего города, мокнущего под дождём, где в нетопленных квартирах сидят москвичи и жители столицы, разыгрывается многоголосная сказка о том, чего нет и, несмотря на многие экивоки в сторону реальности, и быть не может.
Оттого зрителям так нравится прятаться в тёмных комнатах с видео - именно здесь посетителей "Гаража" окончательно настигает ощущение комфорта: шумный и тревожный город, спрессовывающий стрессы и впечатления окончательно отступает, вместе с угрюмыми охранниками и вавилонским столпотворением экспозиции. Только тут, будто бы во чреве, ты один на один остаёшься с предъявленным материалом, ну и с самим собой. Между прочим, многие этого диалога глаза в глаза не выдерживают. Сам видел.
Катя Дёготь права - культура Африки и Океании представляется среднестатистическому россу сборником сказок для младшего дошкольного возраста. Ритуальные бубны, маски и фактурные одежды, декоративные панно работают здесь не на исключение, но на включение в мир иллюзий и психоделического волхования, говорящего на чужом языке. Красиво, но чужеродно.

И это несмотря на то, что самыми интересными на основной экспозиции биеннале оказываются работы именно русских художников, аккуратно и тактично распределённые по всему зрительскому пути.
Я не нарочно, просто совпало, дело не в патриотизме, но отечественные умельцы говорили со мной на понятном языке, их высказывания казались очевидными, а мастерство безусловным.
Артефакты мировых знаменитостей быстро опали и стёрлись, а произведения "наших", хотя я специально и не задавался такой целью - запомнить их или каким-то образом выделить, до сих пор стоят перед глазами и их просто перечислить без обращения к бумажкам или записям.
Очередная фреска Валерия Кошлякова из скотча, изображающая Эрехтейон.
Большой ком "Перекати поле" Хаима Сокола, составленный из полосок, нарезанных из текстов.
Красный угол "Синих носов" с экспозицией памяти Б.У. Кашкина, с одной стороны, воскресившей этим мемориалом чудесного человека из города Свердловска, а с другой, вступившей в полемику с персонажностью Ильи Кабакова, выставившего на этом же самом месте, в этом же самом "Гараже" музей трёх вымышленных живописцев.
Одна из лучших работ Дмитрия Гутова - супрематическое небо с расставленными на нескольких уровнях для создания объёма, геометрическими конструкциями, заменившими звёзды и светила.
Уже упоминавшиеся разодетые трупы АЕС+Ф'ов.
Кристаллы небоскрёбов города будущего, запертые в ржавых мусорных баках от Александра Бродского.
Персональный закуток Павла Пепперштейна с картинами, посвящёнными утопической столице будущей России.
Тотальная инсталляция Ивана Чуйкова, изображающего мещанскую квартиру, разрубленную на две неравные части.
"Сказка о репке", инсценированная Дмитрием Цветковым из чучел соответствующих животных, одетых в шубы соответствующего меха.
Трогательные примитивы узника психиатрической клиники Александра Лабанова, в духе народной живописи, народной живописью и являющиеся.
Ну и Юрий Альберт, уже на выходе концептуально выступивший с надписью, предлагающей учредить новую художественную премию лучшему участнику мибиеннале. С оплаченные похоронами, если таковой не доживёт до следующей биеннале.
Если у выставки Мартена и есть хребет и скрепы - то это вкрапления московских художников, задающих толпе иностранных участников хотя бы какую-то логику. Логику вписанности в мировой арт-контекст, оценить которое могут специалисты.
Без русских объектов "Против исключения" окончательно грозило бы превратиться в нечто похожее на Московский международный кинофестиваль, куда свозят самые разные фильмы без особого плана, лишь бы было. Журналистов там на "основной конкурс" не заманишь, все бегают на параллельные показы - ретроспективы и лауреатов Венеции и Канн.
Ну, хорошо, вот свезли в Москву десятки первоклассных объектов, выстроили искромётное шоу, "а мясо где?"
То, что искусство - аттракцион нам уже объяснили в Музее Ленина во время Первой Биеннале и на Винзаводе и в Башне Федераций во время Второй.
Дальше, достигнув определённой зрелости развития, что само по себе, впрочем, уже нешуточное достижение, необходимо определиться - для чего нам, всё-таки, необходимо современное искусство в таких промышленных масштабах.
Отныне присно и во веки веков "актуальное искусство" само по себе новостью не является. Нужна, извините, чёткая концепция.
Необъятное объять невозможно. Интернациональных звёзд в мире столько, что хватит на сто лет вперёд, а если к коммерческим лидерам добавить ещё и аутсайдеров с Каймановых островов, количество гипотетических выставок способно перевалить за сотни, если не за тысячи.
Думается, антикризисным раздуванием формата учредители биеннале поймали себя в странную ловушку, когда "Против исключения" ещё больше, чем на ММКФ становится похожим на последний розыгрыш "Евровидения", которое, отшумев, будто бы и вовсе не существовало.

Всевидящее Око
Tags: Гараж, биеннале, выставки, искусство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments