paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Дело о кругах вечного возвращения

Дело в том, что здесь, у начала улицы Освобождения мы со Славой и расстались. Он сел на новый велосипед (старый украли пару дней назад) и укатил делать юридические дела, а я пошел к остановке «Палац Потоцкого», где останавливаются автобусы, идущие в Винницу. Такое особенное место, где стекаются автобусы с самых разных маршрутов, типо, не ошибешься.

113,21 КБ

Долго ли коротко, но, мимо ристалищ и кладбищ брацлавшины, переходящей в шаргородчину, я попал на центральный автобусный вокзал Винницы, большого, разбросанного, бестолкового (ну, да, утилитарного) города, откуда был посла на маршрутке сорок пятого маршрута на западный автовокзал, откуда лишь и ходят автобусы в Шаргород. Однако, западный вокзал оказался восточным и мне снова, но уже в другом направлении пришлось пересечь Винницу, чтобы, наконец, уехать. Дорога получилась некороткой, а Винница оказалась огромным (после всех наших местечек) населённым пунктом. В маршрутке я все время разговаривал с Никиткой по аське, но и поглядывал по сторонам, любопытство моё неисчерпаемо и бескорыстно.

Сев в развалюху, ещё час я растрясал мысленные мысли по дороге в Жмеринку, где мы надолго встали. Проезжая деревни и села, маленькие городки и большие кладбища, съезжая на очередной холм или съезжая с очередного холма, я думал о людях, веками, поколение за поколением, живших здесь в безвестности и канувших в безвестность. Воображение рисует десятки или даже тысячи недорисованных (одни контуры) человеческих фигур, лишённых лиц, словно это призраки, растворяющиеся в просветах между деревьями (не говоря уже о призраках самих деревьев, неисчислимо переведённых на нужды личного и народного хозяйства). И я чувствую превосходство перед этими анонимами, пока на очередном повороте не начинаю понимать, что адище города штурмуют точно такие же анонимы, сходящие с лица сотнями тысяч, шаг за шагом, след в след, по однажды протоптанной дорожке. Да, и тебя тоже ожидает анонимность, немного иная анонимность, чем эта, растущая между деревьев, придорожных кенотафов, возникших на местах автомобильных аварий, у всех этих памятников застенчивым советским солдатам, стоящим прямо в лесу или на окраинах окраин; не такая, как здесь, где переухоженный, весь холе чернозём и точно такие же нравы – обильные и схематичные, ограниченные границами приличий, жанров и дискурсов. Все должно быть правильно, просто и понятно и тогда анонимность начинается ещё при твоей жизни и какая разница, что там дальше. Что одна, понимаешь, стёртость, что другая…

В Жмеринке я вышел на площадь с недавно отстроенным православным собором, к автобусу вышел молодой священник, но тут меня окликнул Коля, случившийся в Жмеринке по случаю и из-за этой случайной встречи я понял, что Шаргородский район Винницкой области действительно взят отдельными частями архитектурных и компоративистских сил.

И я возвращаюсь в Шаргород, в студию, расположенную в спортзале, напротив которого уже третий день (!) шумит и пенится свадьба под живое пение и духовой оркестр. Согласитесь, что песенка про «гранитный камушек в груди» звучит двусмысленно на границе с городским кладбищем, над которым она разносится где-нибудь в полночь. В кромешной темноте. И через несколько часов ты вставляешь вывихнутый сустав экзистенции, так как архитектурное сообщество живёт без перерыва на обед. Маленькие события или радости не в счёт.
Марьяна сломала ногу, поэтому для окончания проекта нужно вызвать Мишу из Львова. Мэр Шаргорода пришел и долго обходил все рабочие места и с каждым говорил о задушевном. У меня он спросил – есть ли у Шарогорода душа и «некоторая особость» и я с лёгкой душой ответил, что есть. Вчера половина архитектурного десанта ломанулась на сахарный завод ночевать под открытым небом, где показывали какой-то анимационный фильм, но оказалось, что ночевать под открытым небом сыро, всю ночь жгли костры, а сегодня проявились первые пострадавшие. Всем желающим выдали велосипеды, сигареты, постоянно подкармливают пломбиром и арбузами, печенье дежурит круглосуточно, каждый день микроавтобус вывозит желающих искупаться на водопад, на завтра всем предлагают записываться в сауну. Ждут приезда директора венского Мака Питера Ноервена, а ко мне, пока отсутствовал, в номер подселили Влада Ефимова. Вместе с Владом и его тремя камерами и пачками голуаза появилась массивная вешалка.

Сейчас на шарогородчине идёт дождь и дверь в спортзал закрыта (обычно она открыта), сквозит; на ужин нас возили на микроавтобусе. Вообще-то, нас возят на приём пищи не только тогда, когда идёт дождь, но сегодня это особенно в тему.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments