paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Category:

Дело о выставке американского видеоарта в ЦУМЕ (2ая междунаодная Биеннале)


Дело в том, что очень правильная идея - разместить выставку видеоработ американских художников (кураторы Даниэль Бирнбаум, Гуннар Б. Кваран, Ханс-Ульрих Обрист) на последнем, недостроенном этаже ЦУМа. В магазине выставляются художественные объекты, которые проще всего копировать и, потому, труднее всего продать, ведь видео на стенку кухни не повесишь, а если получишь диск с роликами, то как часто ты сможешь его пересматривать? То-то же.
По эскалаторам через апофеоз консумации и пригламуренное кафе ныряешь в тёмный зал, который из-за полумглы и мерцающих, то там, то здесь просветами экранов, кажется ещё больше. Мгла накладывается на запах свежего бетона, шум отбойного молотка, визг электродрели. Звук и воздействие видеообъектов более аккуратное, локальное - освещают чуток неоштукатеренного пространства вокруг себя, у большинства роликов звуковая дорожка приглушена или заменена титрами. Из-за злорадства хотелось найти неработающие экраны, но их не было - только наметишь себе потухнувшую цель, как она вспыхивает и начинает работать. Работать по кругу.

Экраны есть большие (типа домашнего кинтаеатра), средние (типа тв-плазмы) и маленькие (компьютерные). Развешаны на достаточном отдалении друг от друга, из-за чего территория выставки кажется огромной. Трансляции закольцованы, закончившись, ролик вспыхивает вновь. На входе тебя встречает выгородка с самым долгим видео - "Шттендены" Кэтрин Салливан (2005) - 97-минутная фантазия на тему гротескового ситкома, транслируемая сразу на четырех или пяти экранах, но, в основном, ролики по несколько минут - до десяти, пятнадцати. Таблички в темноте видно плохо, закрепленные на шершавых столбах, чаще всего, они теряются, но самое старое видео здесь, кажется, 2001 года. Больше всего прошлогодних работ. Одим артефакт транслируется на пол, есть так же парочка допотопных видеопроекторов с плёнкой в бабине - что само по себе выглядит как артефакт.

Все ленты делятся на несколько условных категорий. Больше всего практически немонтированных, линейных съемок повседневной жизни - мест, лиц. Сырая фактура реальности. Архивы домашних съёмок. Документальные и полудокументальные фильмы, напоминающие ролики, которые в огромном количестве выкладываются на сайте "youTube". Первый ролик, который ты видишь, ныряя в темонту, это попытка съемки на Красной площади, прерванная появлением милиционеров (""Картофель фри" Аарона Янга, 2005). В совершенно отдельном закутке очень долго (видео длится десять мнут) показывают разные стадии приготовления теста ("Тесто" Мика Роттенберг). Или вообще не заморачиваясь особенно 11 минут показывают игру света и цвета, солнца и теней в листве деревьев ("1926" Шона Дека). Практически нет специально приготовленных и потом заснятых перформенсов, за исключением может быть смешной девушки, неожиданно начинающей танцевать в вагоне метропоезда (""Парализованные", 2006 Клары Лиден). Практически нет сюрреальных лент и очень мало компьютерной графики. Одна работа показалась смешной и грустной одновременно - девушка наклеивает свои фотографии и фотографии своих котов на головы поп-звезд, внедряет чуждые изображения в трансляцию, ну, например, мюзикла "Мама Мия", предлагая всем желающим присоединиться к акции ("День Святого Валентина для совершенно незнакомых людей" Бенджамен Кунли). Мне это напомнило проект ru_kotya Бергера и Шумейкина (вплоть до совпадения фигуры котов), внедряющих персонажного кота Котю в самые известные произведения живописи.


В особенном закутке возле входа в автономных кабинках представлен проект "Восемь докладов"издательской программы "Интерроса" - восемь говорящих голов (среди "наших" вещают Рыклин, Подорога и Кагарлицкий + иностранные интеллектуалы), записанных на международной конференции по философии "Создавая мыслящие миры". В закутке сидит совершенно обалдевший от темноты и отсутствия общения человек, который воспринимает несколько дежурных слов как радость, начинает активно рассказывать о проекте, дарить буклеты. Неужели слушают? - Спашиваю, показывая на интеллектуалов. Ещё как, говорит, останавливаются и вникают. Кстати, это очень сильное впечатление - посетители видеовыставки. Лиц их не видно, лишь силуэты, замирающие на лавках перед экранами, дрейфующие от одной вопиющей с экрана некоммуникабельности к другой. Практически весь contemporary art о дисгармонии и разладе, радостей мало, коммуникации, в основном, техногенные. Поэтому выставка в ЦУМЕ и типичная и правильная - мерно мерцающие экраны развешаны наподобие картин - поскольку темнота, то видно только их, вот они и выделяются. Доминируют.

Отдельно отметил непосредственные самоописания видеохудожников - попытки разобраться чем же они, собственно, занимаются. В "Подсознательном искусстве уничтожения граффити" Мэтта Маккормика (2001) показывают, как из случайных работ по замазыванию настенных надписей возникают самодостаточные и весьма экспрессивные абстрактные композиции, напоминающие опыт Малевича и Ротко. Я и сам, кстати, на прошлой неделе фотографировал геометрически неправильные заплатки болотного цвета на сводах станции метро "Динамо", вышло ничуть не хуже какого-нибудь Мазервелла. Понятен мета-смысл ролика: найти красоту по-американски во всём, что окружает, удивиться спонтанности красоты, что поселилась в глазах смотрящего и радует в самом заурядном. Ролик "Без названия" Марио Гарсиа Торреса (2001) имеет самое непосредственное отношение к выставке американского видео в ЦУМе, так как демонстрирует нарезку кадров из фильма Бертолуччи "Мечтатели", где троица молодых людей пытается побить мировой рекорд скорости посещения Лувра, для чего несётся сквозь сокровищницу классического искусства на всех порах. Торрес показывает и другие пробеги в других музеях, перформенсы, в которых задействованы художественные экспозиции, странных фриковатых зрителей. Поучительное зрелище, ибо -

Практически все ролики или очень быстрые или избыточно медитативные, замедленные, плавные. Совпасть с ними сложно, практически нет никакой возможности. На полном взводе ты выныриваешь из переполненного метро (редколлегия закончилась позже, чем планировалось), бежишь через Театральную площадь (Большой театр одет в леса и рекламные плакаты, посвящённые отдыху в Турции), попадаешь на первый парфюмерный этаж Цума, где из-за агрессивных запахов находится невозможно ни минуты и не отдышавшись, припадаешь к ковыряням в чужом носу (причём ковыряниям едва ли не буквальным - физиология является тоже одним из основных лейтмотивов выставки; физиологии не стыдной, но и не зело привлекательной). Затормаживаешься, но внутри тебя, по инерции, продолжается бегство, которое сложно затормозить. Причем подобный диссонанс между ритмом культпохода и твоим собственным ритмом касается не только выставок, но и театров, кино. Пока, не забыв отключить телефон, ты доберёшься до мяса, из-за которого пришёл (спектакля, фильма), дорога до места действия (пробки, люди, контролёры, фойе-буфет-туалет, неудобные кресла, запах поп-корна) оказываются важнейшими составляющими впечатления, а затем и послевкусия. Ворчишь в курилке на вчерашнюю премьеру, но, на самом деле, ты перенервничал, застряв в пробке на Сущёвском Валу, а твоя девушка, добиравшаяся автономно с работы на перекладных, опаздывает к началу, какое уж тут искусство - пока бытовуха отпустит, глядишь всё и закончилось.

Оказывается, что ты не в состоянии замирать перед экраном больше чем на пару минут. Необходимо усилие, что-то должно зацепить. Экзотика и эскалация яркости более не канают, они сгорают изнутри себя быстрее, чем заунывная медитация, в которую врубаешься и ждёшь результатов, логики, смысла. Поэтому видеохудожники, переболев радикализмом, извлекают вещество искусства из вещества жизни. И если раньше музеи оказывались последним (в эпоху фотографической воспроизводимости) прибежищем "сделанного руками", то ныне самым важным оказывается общими художническими усилиями вырвать (попытаться вырвать) зрителя из напряжённого социально-бытового котекста. Вот для чего полумрак и странность экспозиционного решения. Жакоте в "Пейзаже с пропавшими фигурами" пишет: "Истинные произведения искусства не отдаляет от жзни, но ведут к ней, помогают совершить правильный выбор, обращают к высшему. Всякая настоящая книга распахивается, как окно или дверь". Так вот мы про окна, да.

Однако же, отрешиться от себя невозможно даже на симфонических концертах, не то, что здесь, в ЦУМе. Даже если замедляешься, то до конца того или иного ролика (на что рассчитывала Салливан?) практически невозможно. Ходишь и расставляешь галочки, киваешь экрану, мол, мессидж считан и перемещаешься к соседнему. Для чего же ты здесь, если видео легко скачать из Интернета, а артефакты комфортабельнее всего рассматривать в каталоге? Нынешние произведения искусства уже давно не демонстрируют самих себя, раму для их воздействия создают места. Не зря самые известные коллекции стремятся обзавестись исключительными выставочными помещениями, архитектурными аттракционами, которые сами по себе уже являются местами силы. Оттого расположение выставок московской Биеннале можно считать крайне точным - современное искусство приходит Россию через специфику и особенности сложных и харизматичных мест - Музея Ленина, Башни Федераций, ЦУМа, Винзавода. Место - это же, в первую очередь, среда обитания, больше имеющая отношение к жизни, нежели к искусству, вот отчего важно инфицировать город не в заранне узаконенных местах бытования прекрасного, но в сырых и перестраиваемых пространствах нового. Помимо мощного символического мессиджа, которые несут и Башня и тот же Цум, помимо дискомфортной рассыпанности выставок и экспозиций по всему городу, есть ещё важнейшая задача обживания этого самого города, наполнения красотой тех территорий, которые не были на это рассчитаны. Чем больше будет подобных экспериментов, тем меньше останется в столице безобразия (причём во всех смыслах этого слова)



Locations of visitors to this page
Tags: НМ, биеннале, выставки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments