paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Дело о выставке Биеннале в Архитектурном музее


Дело в том, что в архитектурном музее специальных гостей и специальные проекты. То есть, типа самые сливки. Не обязательную программу, но нечто, из ряда вон выдающееся. Пошел в приподнятом, ибо самые сильные впечатления от Первой Биеннале были связаны с экспозициями, развернутыми именно здесь - в первую очередь, с инсталляцией Болтански, посвященной призракам Одессы (множество замороженных пальто висело в Аптекарском приказе). Здесь, как и на Винзаводе, очень мощный, самостоятельный архитектурный контекст. Само здание музея - старинная помещичья усадьба с остатками былой роскоши - сохранившимися декором, расписными потолками, потрескавшейся мраморной штукатуркой. Место силы. Во дворе, где к пристройкам прислонены фрагменты уничтоженных памятников архитектуры, есть несколько флигелей - полуразрушенный Аптекарский с фактурами и кладками позапрошлого века, с вынутыми полами, зиянием сводчатых окон, с обезумевшими беззубыми дверными проёмами и зал поменьше, отреставрированный, аккуратный. Своды здесь побелены и нейтральны. Посредине зала здесь крутится на подставке мерседес, облитый черной липкой субстанцией со специфическим органическим запахом, к этой черноте приклеены в хаотическом порядке куриные перья. В аптекарском пристрое, где после Болтански положили полы и места стало в два раза меньше, крутится под сентиментальную поп-балладу Криса Айзека видео Пипилотти Рист "Пей мой океан". Проекции с двух экранов состыкованы в угол, изображение накладывается на неровную кирпичную кладку. Песенку Айзека, кстати, исполняет сама Рист, фонетика имени которой звучит много суггестивнее самого объекта, в котором плещется солнечный океан и купается в эдемских водах, залитых солнцем, сама художница. Я помню, что когда мы пришли к Болатнски и поднялись на анфиладу второго этажа и увидели подмороженные пальто, летящие наподобие ангельских созданий среди неба тусклыхх лампочек, то были настолько потрясены неожиданно раскрывшимся безмолвным театром, что мой приятель сказал: "Давай покурим", и мы молча (каждый о своем) постояли и покурили. Теперь при входе в Аптекарский приказ встречает табличка "Не курить" и смотрительница держит самозахлапывающуюся дверь на улицу, чтобы никто не остался у Попилотти. Получается, что непонятно кто кого представляет - Рист своё видео или стены зала, проступающие сквозь изображение, что здесь важнее. Но толстые стены хранят тишину и сырость. Музыка этот покой не нарушает, вплетается, помогая выпаданию из повседневной суеты. Ты долго бежал на Воздвиженку по самому переполненному людьми квартету центральных метро-станций, покупал билеты, наводил суету, а потом зашёл и пропал. Мог бы пропасть, если бы сосредоточился ещё сильнее. Получается, что функйия такого артефакта, как"Пей мой океан" позволить человеку сделать передышку - замирая у проэкции, как во время слушанья симфонической музыки, ты разворачиваешь зрение внутрь. И не потому что видеоряд очень уж замечательный [честно говоря, ничего особенного], а просто восприятие видеоинсталляции того требует.


Ещё более нейтральной оказывается дюжина фотографий канадского художника Джефа Уолла в основном помещении - полутемной анфилады парадных залов второго этажа. То есть, выходит по две небольшие картинки, запаяные в раму и подсвеченные изнутри. Картинки про запущенность и заброшенность - следы человеческого присутствия (дома, зарастающие яркой травой, дыры в стене, непрозрачные окна, замазанные черной краской - то есть все то, что ты увидишь в дворовых постройках, стоит только спуститься). Ничего особенного в этих картинках нет, хотя в одной из статей я прочитал, что они основаны на мотивах сюжетов Эдуарда Мане. Никакого импрессионизма, вялотекущая шизофреническая суггестия и ничего более. Другое дело, что классицистический декор залов придаёт этим картинкам флер натуральных руин, налёт натуральности, обрамленной историей. Впрочем, в этих залах можно показывать всё, что угодно - и любое лыко будет в строку. Мы же затратили на все три экспозиции не больше пятнадцати минут, из-за чего культпоход в Муар остался каким-то недоразумением - слишком уж мало и межумочно вышло, ни туда, ни сюда - выходишь на загруженную и шумную Воздвиженку и понимаешь, что она много питательнее искусственной тишины в заброшенном павильоне.



Locations of visitors to this page
Tags: НМ, биеннале, выставки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments