paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Приговский фестиваль на "Топосе"

Тексты Пригова на Топосе подходят к концу, будет еще неделя-полторы и все. С того момента, как я вывесил последнюю порция ссылок, обнародованы сл тексты:

"Единственный резон":
http://topos.ru/article/4797

Иногда просто даже нету времени и сил объяснять что-то. Вот он глядит в другую сторону, не видит ничего, беспечен. Побегаешь со спины. Он улыбается, глядит на тебя такой расслабленной улыбкой.

	– А, что?	– Беги, беги! 	– Куда, зачем?	– Туда, туда.

Вот так и Бог с нами – разъясняет, убеждает… . Нет, не понимаем. Так что единственный резон и есть – надо, потому что надо.




"Кто это?:
http://topos.ru/article/4800

Я нередко видел такое – в приличном обществе, в толпе, или просто приходя в гости к кому-нибудь на просторную дачу или в тесную, забитую людьми квартиру. Приходишь, садишься в углу, беседуешь о каких-то деталях вчерашнего разговора или о всех удивившей размолвке двух ваших близких приятелей. Вдруг входит некто, возможно, всем прочим и известный, но вами встречаемый впервые. И тут на глазах все и происходит.



"Дитя и смерть": третий сборник
http://topos.ru/article/4804

Естественно, что при предполагающемся количестве стихов про Дитя и его Смерть равному 1000, разбитому (как у меня обычно принято, по 25 стихотворений на сборник) на 40 сборников с 40 соответствующими предуведомлениями, на каждое предуведомление остается весьма мало принципиальных заявлений и замечаний по поводу прямого предмета данной длинной серии. Тем более, принимая во внимание, что я никогда в жизни не видел мертвого дитя, ни хотя бы рискованных страшных обстоятельств, близких к подобному результату. Остается пользоваться, прибегать к так называемой художнической проницательности и интуитивности, кстати весьма эффективным, в чем я имел возможность убедиться не единожды, так как при количестве моего писания и, соответственно, тем и предметов попадающих под него, всего лично не оглядишь и не усмотришь.



"Дитя и смерть":
http://topos.ru/article/4806

Я давно обещался рассказать кое-что про проект. Тем более что данный сборник является объявлением и частным обнаруживанием одного из них: Дитя и смерть. Тематическую наполненность и прочие значения его я объяснял в предыдущие разы. Конечно, нельзя считать эти объяснения исчерпывающими, тем более что по мере развертывания мне самому являются некоторые смыслы и тематические наполнения, досель неведомые. Однако же, полнейшая лакуна в объяснении самого важного конструирующего принципа должна быть если не ликвидирована, то, по крайней мере, приведена в некоторое соответствие с полнотой объяснения иных сторон этого предприятия.

Так вот.

Проект, в моем понимании и интерпретации, – это некое художественное действие, или, пуще того, художественное бытование с некими видами материального отхода, метками (могущими в частном случае вполне и быть воспринятыми как нормальные продукты художественно-артистической деятельности – почему нет? так зачастую и бывает) на покрываемом пути следования, длящемся весьма продолжительный временной отрезок. Иногда проект бывает и длиной в жизнь. Выбирая в многомерном и многослойном, многофактурном пространстве жизни и художественно-культурной деятельности весьма узкий, почти иголочной величины, коридор, вернее, некую нить следования, проект вьется, колеблется, стремится вдоль времени экзистенции. Параллельно могут существовать, реализовываться несколько весьма различных проектов, цветными извивающимися нитями, иногда пересекающимися, иногда и вовсе несовпадающими, иногда даже и неведающими вовсе о существовании друг друга, обвивающим жизнь в скорости ее движения вдоль протяженной временной оси. Ну, это не то, чтобы уж очень легко понять, или даже представить себе. Но можно, можно..

Конечно, способ считывания этого несколько более затруднительный, нежели обычного конкретного, выстроенного как ограниченный и неподвижный объект обычного искусства. Что же, надо напрячься. Ничего иного пока предложить не могу.



"Дитя и смерть": 12 сборник
http://topos.ru/article/4812

И дети все умирают, и Смерть все к ним по-прежнему, приходит в самых разнообразных обличьях, но с единственной и всем понятной целью. И стихи по-прежнему слагаются. Понятно, что это не очень вдохновляюще, да и уже утомляет своей монотонностью. Но что делать? – властная сила проекта одолевает все эти сантименты, да и смерть свою через бесстрастное размножение ее имени на множеств симулякров. А, может, это и есть победа над смертью? а?



"Дети как жертвы сексуальных домогательств":
http://topos.ru/article/4815

В свете распространения идей либерализма, прав различных национальных, культурных, религиозных и сексуальных меньшинств, в той же степени и интенсивности, но в гораздо-гораздо большей болезненности, объявилась и проблема насилия над детьми. В ее вынужденной радикализации перед лицом непомерной массы инерции и молчаливого недоверия и просто нежелания повернуть в ее сторону заспанного лица буржуазного общества (вообще склонного к насилию) эта идея объявилась примерами достаточно агрессивной и мучительной синдроматики.

Порой навязывая наиболее впечатлительной части социума мании и фантомы неких архетипических сцен насилия, якобы произошедших с ними в далеком, уже подзабытом и фантазийно-воскрешенном детстве. Но надо признать, что повсеместно насилие над детьми, в том числе и сексуальное, издавна является вполне обычной практикой человечества, являя одну из основных антропологических антиномий – противостояния воли к власти и приверженности к любви.



"Умный федерализм":
http://topos.ru/article/4820

Ну почему бы не предположить такое? Хотя бы для интереса. Хотя бы в качестве некой вынесенной во временном пространстве за пределы нынешней обыденности некой экстраполяционной точки обозрения, для оборачивания из как бы некоего будущего в некое как бы уже и прошлое, то есть наше настоящее. Естественно, наряду с другими же возможными пафосными или прохладными экстраполяциями. Только ради Бога, без эмоций! Без упреков и поношений! Все будет спокойно, прохладно и по-научному. Как бы по-научному.

Так о чем же речь? А вот о чем. О возможности образовании на территории нынешней России двух или нескольких Россий. То есть нескольких самоотдельных государственных образований со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Почему бы не предположить, глядя из состояния нынешних дел и порою возникающей непрозрачности всех каналов центрального сообщения по большой России (учитывая и недавнее отпадение бывших национальных республик), что окончился большой культурно-исторический эон Российской империи? Понятно, что последние усилия центральной власти в направлении продувании этих каналов вроде бы ныне возвращает ситуацию ко временам недавнего прошлого и не особенно дает поводов к развитию ситуации по обсуждаемому нами сценарию. Но перенапряжение сил в направлении поддержании этих традиционных коммуникационных структур, ненаполняемых уже живой кровью, костенеющих и непластичных, только увеличивает напряжение и давление на изъеденные коррозией конструкции. Конечно, данная оценка ситуации несколько волюнтаристская. Можно возражать, противопоставляя ей противоположные тенденции, как явные, так желаемые и воображаемые. Не менее воображаемые, чем представленные здесь. Но ведь и направления мировых усилий ныне направлены на сохранение наличного единства страны – спокойнее, что, несомненно, на руку местным создателям некой (выражаясь шпенглеровским языком) псевдоморфозы империи.

Конечно, не дело поэзии заниматься разрешением подобных проблем. Но рассматривать социо-культурные и историософские аспекты общественной жизни – вполне в традиции и не только русской литературы, с ее глубоко страдающими, сострадающими и обуреваемыми идеями всевозможного спасения всевозможных обитателей нашей территории, деятелей. Так и воспримем данное писание, как сочинительскую утопию.

Понятно, что нетрудно обнаружить черты несостоятельности наших предположений. Они и так-то, эти домыслы, хрупки и эфемерны, в то же самое время требуют долгих нудных усилий для их конкретизации и артикулияции в смиренных попытках приблизить ничем не гарантируемое светлое будущее. Да и светлое ли? Просто проект будущего, выглядящий, правда, почти фантастическим и даже, для многих, провоцирующим и вызывающим.

Не знаю, стоит ли здесь поминать еще (поможет ли, высветлит ли, прояснит ли что-либо?) про весьма неоднозначную и напряженную социально-психологическую ситуацию в стране, когда мощная государственная идентификация почти выжгла все остальные стороны – семейную, профессиональную, религиозную и в их числе местно-территориальную.

Так вот, можно просмотреть, проиграть среди многих прочих многочисленных вариантов будущего и наш в столь неоскорбляющей и ни к чему не обязывающей форме, как стихи – просто свободная игра воображения. А что, нельзя? – можно.

Конечно, приходится принимать во внимание всю сложность выстроенной веками систему центрально-подчиненно-функционирующего государственного механизма. Собственно, обслуживающая его информационо-коммуникационная сеть, когда все связи идут исключительно через центр, начинает постепенно наполняться невообразимыми шумами в процессе современного типа и способов коммуникации. При этом вполне явны и все финансовые и организационные трудности в образовании какого-либо иного государственного центра, когда все транспортные, информационные и финансовые потоки жестко организованы через центр. Ну, полно и других проблем. К примеру, те же вопросы обороноспособности в новом и по-новому организующемся и перестраивающемся российском мире, которые нет никаких наших возможностей и способностей, да и смысла сейчас конкретно обсуждать. Мы же про идею. Хотя и несколько увлеклись – игра ведь все-таки.

Так вот.

А так-то, и в большом мире десятилетиями после Второй мировой войны постепенно образовывалась такая телесность мира с тесно прижатыми друг к другу массивными образованиями, что мало оставалось места для пустых пазух (эдакое подобие гайморовых пазух), где бы возникали воспалительные процессы, да и те были под строгим контролем. Ныне же при резком отпадении одной из составляющих притертость масс друг к другу стала не столь плотной, и беспрерывно возникают всякие пертурбации в многочисленных образовавшихся пустотах. Видимо, займет немало времени процесс нового притирания новых по-новому конфигурируемых масс. И в нашем случае ведь почти то же самое. Вернее, в нашем возможном случае

Ну, а конкретности дальше, в стихах.




"Одна тысяча нерекомендований":
http://topos.ru/article/4823
Под старость овладевает желание
Все осмыслить и придти, наконец
К какому-то неложному окончательному решению
Давай! Давай! – подбадривают все друг друга
–Решим наконец! –Не рекомендую!– отвечаю я им




"По материалам прессы":
http://topos.ru/article/4826

Давно подмечено, что всякие слова, поставленные соответствующим образом, могут обретать значение стиха. Собственно, поэзия не в словах, а во взгляде, фокусе. Вот и я обратился к простым и прямым выдержкам из ежедневной прессы. Выдернутые из привычного контекста и способа написания и вставленные в иной контекст c иным построчным делением, они обрели значение стихов. В данном случае, понятно, не оценивается их качество, удачность, убедительность или высокий духовный полет. Просто констатируется факт. Понятно, что я не первый прибегаю к подобному, но всегда, заметьте, спокойно, без амбиций, уважительно и и ненавязчиво. Да в своей деятельности я вообще мало чего изобрел. А зачем? Все известно. Просто немногие понимают это. Или делают вид. Практически я ничего не изобрел. Просто интенсифицировал и акцентировал чужие приемы. А что, зазорно? Нет.




Locations of visitors to this page
Tags: Топос, поэзия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments