paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

  • Mood:
  • Music:

Ария заморского гостя

Первый раз я попал в заграницу на маленьком самолете. Мы приземлились в Пуле (Хорватия). До сих пор помню первое мгновение выхода из самолёта, когда в лицо, в глаза, в ноздри ударил горячий, разгоряченный пряный воздух, тотальный парфюм, настоенный на эвкалиптах, морской соли и адриатических пряностях. Сильнейшее, между прочим, ощущение, восклицательным знаком констатирующее твоё перемещение. Каждый раз, приземляясь, выходя, готовишься к ударной волне чужой жизни, как если воздух - это писок, кинутый в лицо, часто промахиваешься, но вот вчера, приземлившись в аэропорту Бен Гуриона, снова поймал волну. Жаром пахнуло когда из самолёта переходишь по резиновой гармошке в прохладное здание аэропорта. Два шага, меньше мгновения, из кондиционированного салона в кондиционированный накопитель-кордор с клаузулой парного молока в промежутке. С привкусом моря ("откуда тут море?" - удивилась Лена - "до море же далеко...") И такая же горячая толпа аборигенов и детский крик со стороны - "Дима", и теплая встреча, апплодисменты.

Потом вечером по набережным Тель-Авива с Генкой, с одной стороны небоскребы с кафешками внизу, с другой темное море. На городском пляже, прямо на песке стоят столы и собранные оранжевые зонты, подсвеченные изнутри, большие плазменные экраны, на которых показывают чемпионат мира по футболу. Люди смотрят футбол, обстановка южного курорта - с дефелированием, кадрежом, танцующими официантами, неторопливым поглощением еды с больших белых треугольных тарелок. Стоит подняться на одну линию выше, в город, где машины и уже ночь, и видишь город, отбойным молотком бьют асфальт, полицейский скучает возле посольства. Потом по узким улочкам, сплошь заставленных спящими машинами, кажется, не созданных для авто, до дому. А дом тоже возле шоссе, а за шоссе поля и небольшой завод в стороне. Завод этот ночью превращается в новогоднюю ёлку, сплошь покрытую огнями - утилитарного назначения мало, зато красиво. Четырехэтажный дом по четыре комнаты на этаже (из-за каждой двери несётся нарастающий ропот футбольных тиффози) стоит на бетонных курьих ножках, большое окно только в зале, остальные окна-бойницы создают правильные сквозняки.

Такое ощущение первый раз я словил в Киргизии, где шоссе от Фрунзе до Кара-Балты превратилось в сплошной жилой массив. Дорога оказывается во всех смыслах дорогой жизни, вокруг неё кучкуются дома и зелень, люди и инфроструктура, а чуть дальше от дороги - степь да степь кругом. В Киргизии она, степь, упирается в горы. В Тунисе теряется в бескрайней, пыльной, прожаренной пустоте, а здесь тоже явственно ощущаешь, что дорога, собственно говоря, и есть жизнь. Все эти маленькие городки и большие центры увязаны в единую кровеносную систему самой кровеносной системой, автобан с вегитатикой ответвлений, указатели на трёх языках, рекламные билборды (наружка явно хромает, её мало, она не такая яркая и внятная), машины, поезда с двойным рядом окон, автобусы, обязательные полицейские, ну и праздные пассажиры, типа меня и Луны - Лениной собаки, медленно отходящей после кесарева сечения. Страна дорог, что тут ещё поделаешь: потому что расстояния небольшие и их легко преодолеть, они легко преодолеваются одним усилием и всё, вроде бы, на виду, хотя вокруг очень много складок - закладки в историю, в национальный колорит самых разных национальностей, цветующие, усыпанные цветущими деревьями края автобана и постоянные холмы, неровности, перепады со всех сторон, покуда хватает взгляда, в запустение, неожиданно прерывающее мгновенно вскипающей активностью, и снова дорога, пыль да туман, точнее, марево постоянной раскалённости, расплавленности, тягучей, вязкой взвеси и, одновременно свободной (не давящей), освобождающей (всё-таки, важная влажность)


В Израиль приезжают только те, кто хотят приехать именно в Израиль. Из-за Израиля. За Израиль. Куда-то едут для того, чтобы искупаться в море и такие места, в принципе, взаимозаменяемы, или за туристическими впечатлениями (музеями или природными артефактами), или ещё с какой-то целью, стоящей на земле, поверх земли, а в Израиль едут для того, чтобы попасть именно на эту землю, из-за этой земли, которая сама по себе артефакт и всё, что хочешь, что душе угодно. Душе угодно, да. Маленькая страна с иллюзией обозримости, когда к вечеру уже кажется, что ты понял про неё почти всё, похожая на берег высохшего или отступившего водоёма, какого-нибудь ветхого моря, которое ушло и после этого глобального отступления, вот-вот, жизнь начала налаживаться, европеизироваться, набираться светскости и лоска. И ты понимаешь, что все стереотипы про Израиль совершенно неправильны и не следовало ждать обилия русских и русского языка (достаточно было полететь израильскими авиалиниями, чтобы почувствовать недоумение из-за неразговорчивых стюардесс и смуглых короткостриженных стюартов), так как тут совершенно своя, автономная жизнь, построенная по своим каким-то правилам, нам совершенно невнятным, когда на первый план выходят родовые и исторические ценности, то есть, вопросы крови, происхождения, мистики и прочей бла-бла-бла, в которой неторопливо живут красивые люди - очень много красивых людей, давно не видел столько, чтобы вот столько, чтобы вот так, хочется рассматривать как в музее совершенные человеческие типы, а они ведь ещё и разговаривают, двигаются, проживают собственные жизни и это очень правильно и хорошо, что ты не понимаешь о чём они говорят друг другу и в мобильные телефоны, лучше же не знать и придумывать что-то совершенно отвлечённое и красивое. Необязательно про духовность.


Locations of visitors to this page
Tags: Израиль, прошлое
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments