paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Триколор


Следовало бы позволить пользователям ЖЖ иметь ленту не только тех, кого ты читаешь, но и тех, кто читает тебя.
Не все френды оказываются взаимными, из-за чего контекст восприятия твоих постов искажается.
Наличие ленты тех, кто на тебя подписан, давало бы возможность и ощущение более аутентичного восприятия своей работы, своей болтовни. Тем более, что наука восприятия наших постингов эзотерична и мало изучена.
Мы же почти всегда уверены, что каждый наш постинг прочитывается каждым нашим френдом, потому что в сознании нашем, наша собственная лента идёт сплошняком и не имеет изъянов, лакун и зияний.
А вот, поди ж ты, начинаешь общаться с подвернувшимся под руку юзерами, и узнаёшь, что и этого они не видели, и того у тебя не читали, и этого, очень важного лично для тебя постинга, совершенно не знают. Потому что лента идёт и идёт.
И мало найдётся таких отважных людей, которые запихивают её целиком и полностью, а потом, бонусом, забираются в дневник любимейшего юзера, и прочитывают его целиком, не то, чтобы от начала до конца, но без изъятий на протяжении какого-то времени.
Вот и получается, что весь ЖЖ, как сыр, изъеден дырами и провалами, ржавчиной невнимания и умолчаний (чужая душа – деревня (o, russ!), Потёмкин-Таврический), и, тем не менее, и жить торопится и чувствовать спешит.


На этой неделе в «ОГИ» были замечены, отдельным изданием, письма Пруста, ну, скажите, на кой чорт, кому нужны письма Марселя Пруста?
А ещё большой сборник Шеймуса Хини – одно дело, когда его мемориальные элиотовские легкии переводил метафизик Дубин, другое дело – когда Кружков.
Странное дело – эти самые переводы Кружкова, конечно, они более близки к оригиналу, потому что метафизика имеет у него такой простой (деловой, в англо-саксонском духе) характер, прозрачный, как в других переводах – например, Маршака (если взять и сравнить его с Пастернаком).
А я тут взялся читать «Фауста» и вдруг почувствовал странные непонятки.
Пришлось заглянуть в выходные данные – оказалось, что перевод не пастернаковский, но Николая Холодковского (почти Ходорковского J), где общеизвестные формулы и строки звучат по новому, ну, например, «Когда воскликну я: «Мгновение, Прекрасно ты, продлись, постой!» и тд.
И я решил, что это какой-то новояз, но вряд ли, потому что перевод, который кажется нам аутентичным (Пастернака) возник всего-то не более 50-60 лет назад, и быть такого не может, чтобы раньше, в русской культуре не существовало русского варианта «Фауста».
Значит, поколения и поколения русских людей знали и читали совершенно иной текст, который нам казался вечно существующим, вечно работающим, вечно играющим, вот ведь как!

А тут ещё купил новую пластинку Анн Ленокс «Обнажённая», где Ленокс, на обложке, обсыпана пудрой, отчего невероятно похожа на Бориса Моисеева (особенно издали).
Да и сама пластинка зело похожа на два предыдущих сольника, то есть, раз за разом, производится этакая квентисенция, вносятся дополнения в, казалось бы уже, затвердевший гипс.
У пластинок Ленокс странная амплитуда восприятия – они сильно нравятся при первом прослушивании, но потом начинает казаться, что за всеми этими красивостями, на самом деле, стоит какая-то пустота и выхолощенность и что, на самом деле, такие пластинки существуют для одноразового прослушивания. И ты на долгое время их забрасываешь, забываешь, покрываешь пылью, чтобы однажды найти дискурс, целиком и полностью соответствующий твоему пыльному настроению и дать пластинке новую, внутри себя, жизнь.



Locations of visitors to this page
Tags: ЖЖ, дни
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments