paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Category:

Выставка "Авангард. Список № 1. К 100-летию Музея живописной культуры" в "Новой Третьяковке". ГТГ

Выставка Первого музея авангарда




Это действительно одна из лучших выставок сезона, поскольку, во-первых, она навела меня на оригинальные мысли (которые ниже), во-вторых, многие привычные картины из постоянной экспозиции "Новой Третьяковки", укрепленные работами из провинциальных фондов и частных собраний, перетасованы таким образом, что выглядят чуточку обновлёнными.

Особенно это касается фигуративизма, бубнововалетовцев, которые, как известно, стареют раньше всего.

Гораздо быстрее абстракции, обладающей несоизмеримо большим количеством суггестии.

И это круто, так как, с одной стороны, расчистило место в залах авангарда из основной экспозиции, что, таким образом, увеличило площадь ползучих изменений, а, с другой, помогло продать залежалый товар ещё один раз.

Музейный авангард это ведь действительно нечто лежалое, сросшееся с контекстом до неразделения, "документация перформенса".

Многие предметы важны не сами по себе, но как знаки аутентичных следов - тот же "Чёрный квадрат" не имеет смысла разгадывать и вглядываться в него, точно в икону: это манифест и жест, а не многодельное пластическое произведение.

Хотя на выставке к столетию МЖК я наблюдал за многочисленными молодыми людьми (молодёжи здесь было очень много, более зрелый люд на себя, видимо, оттянули залы с Поленовым, куда я не пошёл), пытавшимся вглядываться в выхолощенные конструктивистские и супрематические загадки.

Они, конечно, изящные и даже медитативные, но не настолько, чтобы массово застревать зрачком у каждого мазка или шажка, штришка, стежка.

Люди постоянно слышат о важности и ценности авангарда, исключительной роли Малевича, создавшего главную картину ХХ века, но пользоваться этими богатствами методологически правильно не умеют - зависают, ощупывая взглядом артефакты, в поисках логики и к чему-то прицепиться, вместо того, чтобы осознавать метод и направление поисков.

Разумеется, нужно же с чего-то начинать, но оказывается, что советское искусствознание, которое все эти трухлявые богатства прятало в запасниках (и, как показывают некоторые документы на выставке к юбилею МЖК, задорого продавало за границу) заходило на территорию декаданса и упадка буржуазных течений со стороны теории и идеологической критики.

То есть, сначала шла баланда контекстных выкладок, из которых можно было нацедить минимум фактуры, хотя, если знать места, можно было количество фактуры в собственных изысканиях и резко повысить, а уже потом шли дурного рода репродукции и их не было много, так что каждую можно было изучить досконально.

Хотя бы и в чёрно-белом варианте.

Так вышло, что контекст мы знали лучше самих объектов, которые добывались на выставки и в монографии какими-то невообразимо мучительными способами в качестве сладкого: обычные советские выставки, сборники, журналы и альманахи на 85% состояли из правоверной чепухи, которая теперь выставляется в огромных и особенно пустых залах застойного периода, а в самом конце, довеском или вишенкой на торте прислонялось что-нибудь особенно остренькое и желанное - письма Елены Гуро или рассказы о "Голубой розе".

Теперь же всё ровно наоборот: первоисточники активно выставляются и без конца ездят по миру, разбрасывая и теряя остатки ауры, из-за чего необходимо оживить проектную деятельность аттракционным началом, например, придумать жанр реконструкции.

Любая реконструкция - условность и это особенно хорошо видно на другой такой же выставке, посвященной "Союзу молодёжи", параллельно проходящей в Еврейском музее, Центре толерантности.

Реконструкция там - псевдоним и база для кураторской фантазии, разумеется, сильно ограниченной в средствах и в возможностях.

Я уже описывал ощущение безвоздушного пространства, в котором там зависают выгородки с авангардными объектами, поставленными посредине пустынного майдана - словно бы кураторам было особенно важно подчеркнуть принципиальную неприкаянность русского авангарда, который долгое время был никому не нужен, потом осознался громадной ценностью, окончательно отбившись от рук, как тот чемодан без ручки.

Сейчас его пытаются сделать частью современности, инсталлировать в актуальный процесс, поскольку это всяко безопаснее и респектабельнее подлинного contemporary art'a (и скандал здесь может вызвать уже не форма и не содержание, но, разве что, безудержный вал подделок) и, к тому же, создаёт ощущение единой информационной повестки с крупнейшими мировыми институциями.

Но, если по факту, так выходит, что этот авангард плавает как внезапно всплывшая Атлантида, неспособная прибиться ни к одному из обозримых берегов, сам по себе.

Эта кантовская категория и определяет сложности восприятия, безотносительно кураторских усилий, добросовестно изучающих все возможные первоисточники.

Наши искусствоведы - подвижники и выдающиеся люди, без них бы не было и того что есть: а выставку следует признать удачной если её хочется оставить насовсем - вот как эти залы, посвящённые "самому первому музею современного искусства в мире", расформированному в годы перехода к диктатуре, так как они могли бы стать идеальным вводом в постоянную экспозицию авангардных течений, раньше начинавшихся Ларионовым и Гончаровой без особой экспозиционной динамики.

Хотя были ведь две выдающихся ретроспективы - сначала Гончаровой, показавшей художницу со всех сторон, такой разнообразной и мощной, что понадобилась большущая выставка Ларионова пару лет спустя, для того, чтобы восстановить перекос.

Эти две выставки, мужа и жены, кстати, тянули и продолжают тянуть вообще на отдельный музей, которому, впрочем, никогда не случиться.

Отдельная тема, да.

"По словам куратора выставки «Авангард. Список № 1», старшего научного сотрудника ГТГ Любови Пчелкиной, первоначально речь не шла о полной реконструкции того, что демонстрировалось в Музее живописной культуры. «Когда мы начинали работать над этим проектом, то даже не мечтали, что сможем понять и реконструировать тогдашнюю развеску. Но удалось найти справочники-путеводители того времени, где экспозиция была описана буквально по залам, с порядком расположения вещей. Нашлись и фотодокументы, которые совпали с описаниями в тех публикациях. И мы поняли, что располагаем достаточными сведениями об экспозиции и можем попытаться ее реконструировать»..."

И тут самое начинается самое важное для меня.

Картины и объекты, а также некоторое количество документов расположили по залам, зафиксированным в архивных бумагах и фотографиях.

Больше всего повезло аналитическому кабинету, описаний которого сохранилось больше всего остального.

В том же материале Дмитрия Смолева из родной артгазеты, Любовь Пчёлкина объясняет: "«Описания этого кабинета нет ни в одной из публикаций, но материал вдруг собрался. Мы обнаружили у себя в архиве опись тех документов, которые представляют собой красивые, графически оформленные листы. Опись соответствовала сохранившимся листам: Никритин был очень педантичным человеком. Так что реконструкция ни в чем не нарушает действительность»..."

Ну, то есть, воскрешали букву, а не дух.

И я не знаю, что важнее, потому что ответ на этот вопрос позволяет объяснить, что же важнее в самом музее, стены или картины.

Не такой простой вопрос, как кажется.

Текущий контекст всегда довлеет, из-за чего мне сложно было прозреть внутри мемориальной экспозиции, созданной в стенах постоянной экспозиции "Новой Третьяковки", архивный проект, посвящённый несуществующему музею.

Особенно вот эти крымские тумбочки и тумбы, двери и вырезки в стенах, предназначенные для смотрительских вещей (?) и прокладки коммуникаций, аппаратуры?
Эти дырявые потолки, нуждающиеся в ремонте и эти активные паркеты жёлтого цвета (вот как их, записанных на подсознание, избежать?) диктуют совсем иное настроение...

...впрочем точно так же, как и предвкушение, предчувствие лабиринта пустых залов дальше, за границами юбилейной зоны, намоленных и заполненных этой самой пустотой, которая в нынешних условиях непреодолима.

Особенно если экспонаты - набор кантовских вещей в себе без ручки.

Есть странный парадокс, определяющий успех или неуспех начинки: дело в том, что музей - это, прежде всего, коллекции, от богатства и разнообразия фондов зависит комбинаторная и обменная возможность такой институции, не говоря уже о зрительском интересе, способном потратить на выставки времени больше, чем на дорогу до них.

Дорога в данном случае является инструментом замера "золотого сечения", которое тем питательнее, чем больше времени тратится на пребывание внутри искусственной территории искусства.

Тем больше "высокого" (условно высокого, но именно так воспринимаемого организмом) пространства отвоёвывается от "профанного", сугубо бытового.

На этом, чисто механическом, кстати (наличие одного предполагает отсутствие другого), принципе зиждется воздействие практически всех культурных институций, от театров и концертных залов до кинотеатров и галерей, выполняющих роль рамы для относительно экологически чистого способа проведения досуга.

Из чего становится совсем уже очевидным, что чем насыщеннее культурная жизнь человека тем экологичнее он существует.

Но я снова не совсем туда забрёл.

Фонды в музеях самое главное, но выставляют музеи не картины (которые вещь-в-себе), а свои стены, то есть, комплекс ощущений, связанных с архитектурным и сценографическим решением, кубатурой и геометрией пространства.

Понятно же, что один и тот же шедевр (и, тем более, не шедевр) совершенно по разному будет восприниматься, например, в ГМИИ и в Гуггенхайме Бильбао.

В Лувре и в Эрмитаже.

Даже если представить, что Пчёлкиной удалось бы собрать полный комплект картин из авангардного музея столетней давности, я бы всё равно не решился бы назвать такой проект реконструкцией, поскольку картины лишь окна в иную реальность, тогда как стены-то не такие так, как там, а всё равно третьяковские.

Моей фантазии не хватает просто воспринимать картины автономно, дистанцируясь от потолка и полов.

Это и есть рема, то есть, новое знание, мне этой экспозицией подаренное: в музее-то, оказывается, не картины самое важное, но балет самой кубатуры.

Ну, то есть, если совсем напрямую, то для меня бы такая выставка воспринималась как реконструкция только в одном случае - если бы внутри галерейного лабиринта построили бы музей в музее, тотальную инсталляцию, вроде кабаковской "Альтернативной истории искусств", куда бы, согласно сохранившимся снимкам, пошагово перенесли бы весь историко-культурный боекомплект.

Потому что из одних и тех же ингредиентов можно приготовить самые разные блюда.

А вот суп "Кэмпбелл"- он ведь один такой.

Выставку можно считать удачной, если из неё выносишь новое знание.

Неважно, что оно не про авангард - я ведь давно уже понимаю про "Чёрный квадрат", что он не для медитации, но сугубо престижа ради.

Впрочем, я убеждён, что никакое интеллектуальное усилие не проходит бесследно.

Даже если оно вызвано желанием обновить Инстаграм.

Как-нибудь, где-нибудь, да и всплывёт.

Причём, самым непредсказуемым способом.

Искусство нам нужно, в том числе, и для этого.

И для этого тоже.

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Locations of visitors to this page


Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда

Выставка Первого музея авангарда
Tags: ГТГ, выставки
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments