paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Другая жара, путешествие-матрёшка или первый приступ концентрации на Урале

Как будто если точно определить разницу между той жарой и этой, что-то случится, определится. Самое важное – несмотря на силу, израильский зной давал импульсы работать, то есть, жить ещё и поверх себя; а в родной, уральский – провалился как в бассейн, наполненный ватой, при том, что не так уж и жарко. Парило, в основном, первую пару дней, дальше же зачастили дожди, которые, вроде, нужно любить, но они, смешиваясь с экологией и обстоятельствами (ненормальной собакой соседа, ноющей под ухом круглосуточно, скачущим давлением, журчалкой Данелем, который теперь наша работа с раннего утра и до позднего вечера) превращаются в холостую, ни на что не влияющую болезнь. Градус упал вместе с давлением, подушка выросла до размеров горы. Команды отдаются (ну-ка, марш в кровать), но не работают. При том, что, конечно, это всё ещё дожди нарастающего лета, то есть, перелома и поворота на осень, охлаждающего темечко внутренним оборотничеством и блаженной опусташённостью-пустотой, ещё ждать-пождать. Так что пока каждый день как очередная, новая вершина бессмысленного восхождения на пик. Распадок, рассвет.

Хотя когда приехал, какие-то яркие (точные) формулировки про климатическую разницу блуждали, но если сразу не записал, считай, потерял. Что-то, опять же про темечко, которое одна (средиземноморская) навязчивая жара обволакивает, а другая (уральская) по нему без промаха бьёт. Несмотря на то, что в Израиле градус выше чуть ли не на десять позиций, а этот июль в Чердачинске щадящ, но, видимо, это лично я не подготовился. Растекся заранее плавленым сырком, отверделым ещё до начала процесса (приезда домой), а теперь же ощущение, что длится не эпоха, но её последыш, затянутый на шее эпилог; доживание, выживание, вышивание крестиком на полях чужих, не своих, жизней.



АМЗ через фильтры

Этот пост – развилки знак, проявление отсутствия каких бы то ни было конструктивных сил, позволяющих действовать более получаса. Переждать, перетоптаться, перехватить на бегу (в начале четвертого едем всем кагалом в кафе праздновать 15-ый день рождения Полины), пересидеть ближайшие пять минут – с пользой для тела. Все эти ранние вставания подобны купанию в проруби, безоглядно меняющему рисунок дня. Делающим его воспалённым аппендиксом.
Запись в дневник можно остановить в любой момент, можно в любой момент продолжить. Заметно не будет – готовая запись читается в совсем ином режиме. Возможно, общая варёность (при дневной температуре за окном + 20) связана с возобновлением работы над «Красной точкой», о которой весь этот год думалось так много, что внутри что-то уже надорвалось, успело перезреть. Сейчас, прежде чем выйти на новые главы, навожу порядок в прошлогодних порциях и особенного удовольствия не нахожу. Плохо.

Собственно, эта запись делается для того, чтобы зафиксировать одно неявное ощущение, связанное с моим последовательным переездом из Москвы в Тель-Авив, а, оттуда, в нынешний Чердачинск, из которого снова придётся вернуться в Москву. Но пока круг не замкнулся, ощущение это напоминает восприятие анфилады комнат, выдержанных в разных стилях. Или же матрёшку, внутри которой оказывается новое помещение с меньшим объёмом.
Важно, что нынешнее место из предыдущей точки кажется печальным и проблемным (Израиль из Москвы, Чердачинск из Рамат-Гана), но ощущение меняется ретроспективно – и вот уже ужасы израильского климата не кажутся такими роковыми, как это было в Москве или у моря. Одну ягодку берёшь, вторую высматриваешь, третья мерещится. Вектор восприятия устремлён только вперёд – следующая глава должна оказаться лучше предыдущей. Но и предыдущая, исчерпавшись, вкарабкивается на котурны, становясь объектом меланхолических воспоминаний – о том, что было, но сплыло.

Возможно, эта хандра перемен связана с тем, что все точки, объезжаемые одна за другой – неслучайные, но, что ли, бытийственные. И, при первой же возможности, разворачивающиеся в ПМЖ. Когда живёшь на два, а то и три дома, обречён скакать между перепадов давления и культурных особенностей всех этих мест, мгновенно становящихся родными. От них, каждый раз, приходится себя отшкрябывать, так как душа, бесприютница, только того и ждёт, чтобы прислониться к силе какого-нибудь места (своей, видимо, не хватает). Штука (или шутка), однако, ещё и в том, что при нынешней неприкаянности потенциалом ПМЖ обладает любой пункт прибытия или отбытия. Несмотря на разлуку. Примерно так незамужняя скороспелка автоматически видит в каждом мужчине потенциального отца своего будущего ребёнка, ибо время уже пришло, подоспело. Пришла пора, она влюбилась в охоту к перемене мест.
Хотя, конечно, чем ближе к Москве, тем вариантов всё меньше и меньше. Впрочем, как и сил. Но зато всё конкретнее и отчётливее становится ощущение своего собственного центра, закаляемого разницей температур и прочих характеристик. Все эти соотношения (что-то нравится/что-то не нравится или раздражает) в каждом месте разные. Везде включаются разные привычки и особенности местного рациона, моциона, интеллектуальной подкладки, массирующие (или развивающие) разные группы мышц.

Всем им, однако, далеко от идеала, который снова откладывается на какое-то там фантазийное будущее. Параллельно, конечно, учишься не только терпению, а ещё и корректировке собственного идеализма, мешающего жить в реале. Оттачивая и закаливая кочерыжку своего центра через вот эту череду сменяемых «предложенных обстоятельств», выбираемых примерно как тот, но не другой спектакль в театре. Как ту, а не вот эту книгу.
Часто встречаешь инфографику с пересекающимися полями кругов. Они накладываются друг на друга, как «области встречного внимания», «полного приятия» или «главного гемора, выталкивающего вовне». Так вот то, что закаливается внутри всей этой контурной тусовки, и есть ты. Твои края и границы. Впрочем, знание о них бесполезно, ибо неприменимо.

Locations of visitors to this page
Tags: АМЗ, дни, лето, невозможность путешествий, пришвин
Subscribe

Posts from This Journal “невозможность путешествий” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments