April 8th, 2020

Хельсинки

Коронанарратив Улицы исцелимых или Критика погоды (5): тайные комнаты, иные голоса, чужие миры

Когда на каждый выход в магазин следует решаться и морально готовиться чуть ли не как к выходу в открытый космос (главные опасности живут обычно в восприятии) жор становится не меньше, но обдуманнее, что ли, поскольку разархивирован и попадается в сферу повседневных желаний, в основном, набор самых привычных продуктов – в магазин ходят как раз за ними, а не за каперсами да анчоусами, тем более, что после введения правительством Медведева продуктовых санкций, наказывающих не столько Европу, сколько Челябинск и Воронеж, повсеместных анчоусов в магазинах не стало, если только в качестве исключения, которые, как раз и скотомизируются (алое подчёркивание) «в минуты роковые» и «средь волнения».

Неизъяснимы наслажденья, бессмертья, может быть, залог…

Еда становится более монотонной, так как важно растянуть ассортимент и репертуар на подольше – чтобы зайти на второй и, тем более, третий круг с, что называется, оттяжечкою переутомления.

Кстати, именно из-за этой экономии усилий многие действия, казавшиеся важным и даже первоочередными, отменяются – например, постоянный подсчет калорий: хорошо выглядеть – соблазн социальный, для себя же, тем более в ситуации «Один дома», можно и кровать не заправлять.

Все равно же постоянно рядом с изголовьем трешься.

Телеграмм-каналы уже отписались о росте продаж «Чумы» Альбера Камю и «Любви во время чумы» Габриэля Гарсиа Маркеса, тогда как интересоваться следует «Путешествием вокруг моей комнаты» Ксавье де Местра, переживающей сегодня вполне законные пять минут славы.

Никогда не следует верить незнакомцам заголовкам – особенно «в мире художественной литературы», оперирующем многоэтажными, многосоставными метафорами: понятно же, что у Камю и, тем более, у Маркеса имеется ввиду, мягко говоря, не настоящая чума.

Тем более, что CODVID19 почти сразу же стал «общим местом» и «большим трендом» с практически порушенными связями между «правдой» и «реальностью», когда означаемое и означающее разбегаются на максимальное расстояние друг от друга (никогда такого не было, и вот опять), расходятся практически по полюсам.

Через пандемию, совсем как через валюту, имеющую повсеместное хождение и легко конвертируемую в наличность какого хочешь государства, можно выразить практически любые темы.

Это, впрочем, на примере туберкулеза, рака и СПИДа еще Сьюзен Сонтаг в книге «Болезнь как метафора» (1977) сформулировала.

«Разумеется, невозможно думать без метафор. Но это не значит, что от некоторых метафор нельзя абстрагироваться или попытаться избавиться. Поскольку любое мышление – интерпретация. И не всегда неправильно быть “против” интерпретаций…» (92)

Collapse )