January 6th, 2015

Паслен

Вечернее путешествие на край света

Стоит отойти подальше от дома и налетает метель. Сверху метель, снизу позёмка. Пока чистил ступеньки, природа ластилась прозрачным угомоном, но уже на улице Железной заработали ветряные мельницы - и понеслось.

Преждевременно вечереет, ломая день об коленку. Надрывая его по "линии отреза" не слишком аккуратно, но с чёрствой, мёрзлой наледью по краям. Пока не стемнело, идёшь наощупь. Чуть позже, выбираясь, ну, например, в гости, воспринимаешь город как одно бесконечное поле, точно выходишь в открытый космос, в котором возможно всё, что угодно. Но, чаще всего, в нём тебя ждёт функциональная ограниченность, пустые улицы, чужие дома, отсутствие запахов.

Эта вторая скобка навсегда открыта. Оказываясь на Братьев Каширина смотришь, как многоэтажки возникают из-за пустыря, точно искусственные спутники Земли. Хрустит позёмка. Небо в обмороке. Простор не дышит. Дума о доме не складывается в законченную картинку (совсем как любимое лицо). Знаете, как на открытках - за заиндевевшим окном уютные снежные прядки, клетчатый плед, горячий чай с корицей.

Нет, всё не так: пока идёшь да месишь сугробы, от виска до виска проносятся, мал мала, стремительные телеграммы: вот ты на подходе к двору, занесённому лихоманкой и нужно снова чистить дорожки. Нужно ставить еду на плиту. Где-то в комнате ждёт "Старая записная книжка" Вяземского и, если перед сном останутся силы, можно будет погрузить своё тело в чужое тепло. Делегировать ему свою анонимность, беззвучность.

Collapse )