May 28th, 2014

Лимонов

"Как Пруст может изменить вашу жизнь" Алена де Боттона

В книге о Прусте масса перекличек и совпадений с книгой Боттона «Искусство путешествий», поскольку она продолжает и развивает основные темы своей предшественницы. Только если в предыдущей книге Боттон говорил об особенностях <современного> восприятия на примере одной, но пламенной страсти к перемещениям, то теперь объяснение того, как человек видит и, при этом, ничего не замечает (а, так же, как преодолеть коммуникативный затык с миром, воспитав в себе повышенное внимание и отзывчивость) берётся крупным планом с помощью одного человека.

Используя его досконально изученные биографию и творчество. Благо, они позволяют.

Для того, чтобы сложноустроенный «классик модернизма» вплотную приблизился к реалиям текущего момента, Боттон то ли пародирует, то ли демонстративно отсылает к жанру рекомендательных книг в духе Дейла Карнеги.

«Как Пруст может изменить вашу жизнь» поделена на девять глав с типовыми заголовками (от первой, «как полюбить жизнь уже сегодня», до последней – «как научиться откладывать книгу в сторону»).

Все они, начиная со второй («как распорядиться своим временем») построены как рассуждение на самые разные темы человеческого бытия (первые две главы – остроумный биографический ввод, содержащий массу полезной информации об отце и брате Пруста) с обязательной кодой и «сухим остатком».

В заключительном абзаце каждой из них, переполненных списками и поделённых на пункты а), б) и в), подобно Карнеги, Боттон итожит и обобщает в сухих, но, порой, совершенно неочевидных (легко опровергаемых контраргументами) формулах «всё вышесказанное», так как нынешний читатель как-то особенно усердно желает развлекаться с умом. Он если и тратит своё драгоценное время, то только под гарантию очевидной пользы.

Именно поэтому, в последнее время, стали модными всевозможные курсы и лекции, куда люди ходят вместо того, чтобы читать книги, а Боттон, вскрывая приём, возвращает людей к чтению хотя бы для того, чтобы в дальнейшем заполучить их на свои выступления.

К концу книги Боттон так увлекается манифестацией прагматического подхода, что финальную часть «Как Пруст может изменить вашу жизнь» составляет, подобно катехизису или предпоследней главе джойсовского «Улисса», из вопросов и ответов, играя с конкретикой читательских запросов и ожиданий.

Collapse )
Карлсон

Мои твиты

  • Вт, 15:36: На Соколе - первые раскаты грома. Надеемся на грозу, полноценную, широкоформатную, да с затяжечкой. Да под рассольник.
  • Вт, 15:50: На фоне склоняющего голову к грозе звукового ландшафта, почти всегда особенно отчетливо жужжит за окном какая-нибудь отдаленная пила.
  • Вт, 15:53: Смотреть как выцветает небо, затягиваясь незрячими бельмами. Ниточка оборвалась, гроза (два притопа, три прихлопа) веером началась.
  • Вт, 16:22: Каков напор! Какая гибкость! У вас тоже с градом? И, когда гроза начинает ослабевать, сворачивая в сторону, для возрождения её сил подключаются противоугонные сирены. Но тщетно.
  • Вт, 16:26: И последняя плавная судорога в отдалении, после которой оргазм переходит в расслабленность. Из-под нее, как наволочка из-под одеяла, вылезают звуки машин
  • Вт, 16:37: Думские инициантки все больше и больше напоминают мне старух-процентщиц с тиранскими ухватками, чужой век заедающих.
  • Вт, 16:48: Интересно, только я один люблю, чтоб картошка в супе сохраняла форму и была "жесткой", для чего ее надо класть не до, а после овощей и квашений?
  • Вт, 18:58: "Пожирать время не так жадно, посвящать его деталям, жить не торопясь - порождает в нас склонность к сопереживанию и пониманию других", Боттон
  • Вт, 19:27: За открытым окном - постоянное напряженное звуковое кино. Дети, птицы, машины, точно специально разыгрывающие для тебя вторую реальность.
  • Вт, 19:39: Почему дневники Кафки переведены, а дневники Пруста нет?


Collapse )
Хельсинки

"Неделя в аэропорту Хитроу" Алена де Боттона

Конечно, это вызов – написать книгу о том, как живёт и работает аэропорт, сложно устроенная машина, в которой невозможны сбои. Даже не автомат, но живой организм, со всех сторон нашпигованный сложной техникой.

К Боттону, прославившемуся «Искусством путешествий», обратились хозяева Хитроу, оплатили расходы на питание и проживание в транзитном отеле, выдали разрешение прохода в любые части аэропорта, а в зале ожидания поставили ему рабочий стол.

Короче, как писали в советских газетах, «письмо позвало в дорогу», точнее, письмо (по большому счёту, полторы сотни страниц, к тому же, нашпигованных цветными фотографиями больше тянут на распространённый очерк) потребовало затормозиться на семь дней в зоне тотального отчуждения, неслучайно выносимой за пределы городов в какое-то иное измерение.

Сколько бы я ни читал травелогов и дневников путешествий, сколько бы я не смотрел сайтов с путевыми фотографиями, аэропортам и всевозможным дорожным промежуткам в них отводится странно мало внимания. Точно все мгновенно переносятся в пункт назначения, как в фантастических романах, за доли секунды.

Хотя именно предвкушение пути, отправка в дорогу, мгновенно наполняемая многочисленными предзнаменованиями, очереди на регистрацию и прочие ритуально0обрядовые формы отчаливания влияют на ощущение, оценку и послевкусие самым непосредственным образом.

Однако, дорожные (продувные, вот уж точно – транзитные) впечатления от вокзалов и причалов весьма быстро вытесняются чем-то более существенным. Тем, ради чего мы и трогаемся с места. Поэтому аэропорты, несмотря на всю свою сложноорганизованную начинку, оказываются для нас чем-то вроде слепого пятна или предчувствия. Бесцветного лака для ногтей.

Collapse )