July 17th, 2011

Лимонов

Дневник читателя. "Три повести о Малыше и Карлсоне"


Главной книгой поколения советского бейби-бума конца 60-х – середины 70-х обязательно должно было стать что-то совершенно аполитичное и сугубо частное.
И, разумеется, переводное, так как советская литература занималась всё больше вопросами общей (социальной, коллективной), а не приватной жизни.
Есть логика в том, что «Библией поколения» нынешних сорокалетних стал детский текст, влиявший на формирование мировоззрения людей в самый что ни на есть ключевой момент их (нашего!) вхождения в осознанную жизнь.

Дело не столько в том, что проблемы детей (родительское невнимание, например) всех стран имеют одинаковый характер, но ещё и в том, что западный (шведский) опыт оказывается более близкой правдой отдельного человека.
Недавно я взялся перечитывать великую трилогию Астрид Лингрен и вынужден констатировать, что Малыш придумал себе не шибко положительного наперстника, обобщившего в себе опыт Другого.
Зато именно здесь даны ненавязчивые рецепты выхода из сложнейших жизненных (экзистенциальных) обстоятельств. Во-первых, относись ко всему проще («пустяки, дело житейское»); во-вторых, делай что должно и будь, что будет («пусть всё кругом горит огнём, а мы с тобой споём…»).

Collapse )
Лимонов

Непересекающиеся параллельные


Путешествие - определённая психотехника, вид изменения сознания, схожий с механизмом алкогольного (или даже наркотического) опьянения.
Высаживаясь, точно десантом, на новой территории, физически ощущаешь поле внутреннего размаха, расширяющегося вместе со своим зрачком...

...я пишу это и мысленно иду по Барселоне в направлении к площади Каталунии - от средневекового квартала, по изогнутому проходу, там, где ещё рисунок Пикассо на фасаде и выход к пешеходной улице, со стоящими друг напротив друга двумя огромными H&D.

Процессы, происходящие в моём сознании после десантирования на Авенида дел Портал дел Ангел (я залезаю на google.map и жму на плюс - складки города разлаживаются и мельчают, превращаясь в морщинки до тех пор пока я не оказываюсь там, где надо) запаралелены с этим изгибом и расширением улицы, переходящей из угловой, перпендикулярной, маленькой и боковой в широкую, просторную, втекающую, втыкающуюся прямо в небо - поскольку впереди площадь и проспект, взлётной (улётной) полосой уходящий вверх.

Оно точно так же извивается шёлковой лентой в проходе самолётного салона, пока не выстреливает простором, заполняемым новой мебелью всевозможных подробностей.
Ты охоч до них ровно до момента воссоздания (очередного запуска) привычного автоматизма, который и означает: перетруженные мышцы восприятия успокоились и встали на своё привычное.
Пора менять место дислокации.

Collapse )
Лимонов

Какое вино вы предпочитаете в это время суток?


Барокко или романтизм, готика, классики или ампир, древние греки или, скажем, манга - суть жанры твоей собственной внутренней жизни, находящей через эти внешние оттиски, форму, формальное определение.
Это разные модусы разных твоих чувств; школы, обладающие категориальным аппаратом и разнородными, разнообразными механизмами, покрывающими те или иные потребности твоего текущего момента.
Это гаджеты, выполняющие определённые, закреплённые за ними твоим сознанием функции.
Поэтому их и нужно изучать для того, чтобы через них понять себя самого.

Изучая барокко, разумеется, ты не барокко изучаешь, но те пласты своего сознания и восприятия, которые соответствуют этим, а не каким-то иным, складкам.
Между прочим, то же самое происходит не только с отдельными глобальными направлениями, которые похожи на великие реки, типа Волги, Дуная или же Нила, но и с отдельными капиллярными сосудами в лице конкретных художников, писателей и композиторов.
И даже с какими-то конкретными отдельными текстами, книгами, картинами и фильмами.

Collapse )