May 24th, 2011

Хельсинки

Дневник читателя "Тёмные аллеи" И. Бунина


Чтение сытного, точно баранина, Бальзака я намеренно прокладываю акварельно-короткими, стрекозиными рассказами Ивана Бунина, переключая режим агрегатного состояния чтения - мне сейчас нужны разные блюда.
Тем более, что сыпучая бунинская бижутерия - из тех вечных спутников, которые сопровождают тебя всю жизнь, прочно сидят на книжной полке подкорки и никуда не уходят - в отличие от таких продуктов, требующих полного погружения, как "Человеческая комедия".

Меняется и вектор внимания. Раньше следил за сюжетами любовных новелл, теперь же всё больше - за точностью описания женских тел, лиц и характеров - Бунин в этом деле большой искусник. Куда больший, кстати, чем в описании природы, которую он описывает точно, но не сочно.
Впрочем, возможно (не стану спорить), это моё восприятие зашлаковано избыточной современной метафорикой, из-за чего бунинские тропы кажутся простыми и очевидными - и, оттого, слегка бледными, бледноватыми.
Хотя, при этом, полностью справляющимися с возложенными на них задачами объёмного воссоздания навсегда ушедшего и навсегда покинутого мира русской усадьбы с её театральными нравами, русских городов, с постоянными заморозками и дорожными историями, случающимися между городом и деревней, в лесу, в поле.

"Тёмные аллеи" принято упрекать в повышенном старческом эротизме, запекшемся на обескровленных писательских губах, однако, эротика здесь, в цикле поздних рассказов, как мне кажется, принципиально вторична, за исключением, может быть, нескольких, особенно томительных или же, напротив, стремительно развивающихся новелл, когда овнешненная интенция проступает, точно пот.
Куда важнее сам опыт выкликания духов ушедшей эпохи и более недоступной Родины, которые Бунин устраивает за писательским столом.
Собственно, для этого всё и затевается.
И потому затёртые или стёртые сравнения и метафоры работают тут больше, чем у других - всё, что Бунин пишет гомогенно и состоит из вещества его памяти, тоскующей по покинутым местам; его интенция, таким образом, однородна и движима единственным стремлением забыться в процессе написания рассказа; хотя бы на какое-то время, умозрительно перенестись туда, где тебя нет.
В прямом и в переносном смысле, вся эротика "Тёмных аллей" идёт лесом, оказываясь производным и косвенным проявлением чего-то фундаментального и более важного - тоски по берёзкам.

Collapse )