April 22nd, 2011

Лимонов

"Дама с единорогом" Рафаэля. ГМИИ




В "Даме с единорогом", привезённой в ГМИИ из Италии "выставке одной картины" меня интересовало три момента.
Во-первых, цвет и свет, которых, как известно, никакие иллюстрации и репродукции не передают - внутреннюю озарённость лица светом, лёгкость переходов, которые при передаче ужесточаются, становятся плотнее, выстраивают границы; небесно-голубой фона, передающего внутреннее состояние модели, пейзаж её характера и её настроения, особенно сильно страдающий при копировании (на картинках сложно разглядеть озерный ландшафт, символизирующий чистоту и целомудрие девушки не меньше, чем единорог, примостившийся у неё на руках).

Во-вторых, меня заинтересовало мнение Бальзака о Рафаэле, как о главном певце еврейской женской красоты. Надо сказать, у Бальзака был пунктик по поводу евреек, уже во втором романе подряд, он выводит еврейку главной страдалицей и главной красавицей, главной притворщицей (Корали в "Утраченных иллюзиях" и вовсе актёрка, раба не только Люсьена, но и своей театральной карьеры).
Бальзак очень подробно описывает еврейские женские лица, из-за чего, если наложить их на работу Рафаэля, при всех отличиях (тем более, что, скорее всего, художник изображал итальянку, хотя не факт, никогда уже не установишь точно) получается развёрнутый экфрасис.


Collapse )
Метро

Бавильский и Пустота


Окна ещё не вымыты, зато началась весна. С точки зрения общего расписания, она, скорее, пришита к лету и необратима (лишена камбеков в бесхребетную слякоть), нежели к зиме. Ну, да, пока суть да снег, это же еще не весеннее цветение, но дожевывание старого материала - расползающейся ветоши, веточек, травинок, оглушающей пустоты.
Земля ещё не прогрета так, как воздух, сегодня особенно незаметный, прозрачный, будто бы окна помыли не в доме, но начали с неба, открыв в нём все слуховые оконца, и с улицы, которую умыли и вычистили таджики.
Собственно, весна и начинается с этой звенящей пустоты совпадения тебя с окружающим пейзажем, которому ты противостоял ещё какие-нибудь две недели назад. Тогда противостоял, теперь совпадаешь, так как солнце не только ласкает макушку, но и сглаживает отсутствующие вихры.
Весна начинается с отсутствия - с одной стороны, снега, наконец, покинувшего сжавшуюся до состояния вечной мерзлоты, землю, а с другой - с ещё неначавшегося цветения деревьев и кустов, ещё не проклюнувшейся травы; такая крайне короткая и быстро проходящая пора, которую сложно заметить, проще проскочить, так как она, как раз, и пытается совпасть с очертаниями рамы, ликвидировав возрастные интенции.
Палисадники голы, будто побриты, дорожки очищены, влага высохла, асфальт сияет, словно бы разглаженный, отутюженный дворниками; так, что вслед за этой генеральной уборкой подтягиваются и вытягиваются, будто бы вставая на цыпочки, чистые своей грязью наши многоквартирные подъезды.
С месяц назад я сфотографировал ручьи возле подъезда, выдав результаты за пробу аэрофотосъёмки. Подлог не был разоблачён, поэтому сегодня хочется поставить точку или, точнее, многоточие.
Распрямляешь синтаксис, выворачиваешь форточкам суставы, смотришь на дом напротив дома, а потом бежишь, почему-то, мыть подъезд горячей водой - узкое, вытянутое пространство между соседними квартирами.
И только вымыв, понимаешь, откуда взялся этот панический приступ наведения чистоты - ведь окна мыть ещё холодно, а пожирающая пространство пустота уже наступила и продолжает наступать.
Каждый год в это узкое, коротенькое время перед Пасхой, подмораживаешь ожидания, застывая для того, чтобы не накликать беду - чтобы она тебя, вдруг, не заметила. Самое опасное время года, чем-то чреватое, самое странное.
Зря что ли, у меня есть теги, посвящённые всем временам года, кроме весны. Почему-то так и не хочется его заводить, чтобы не было её, неожиданно настигающей в точке апрельского равновесия.

Collapse )