January 27th, 2008

Лимонов

Дело про демократию

Дело в том, что я уже сам не рад, что ввязался в эту историю с постингом про Высоцкого. Хорошо хотя бы комменты отключил, а то завалили бы.
Между тем, история очень простая.
Частный человек в своём частном дневнике высказывает нелюбовь к творчеству Высоцкого. Имеет ли человек такое право?
Я ведь в предыдущем постинге оговорился, что сделал это не из глумления или желания фроппировать сетевую общественность, но лишь потому что огляделся вокруг и душа моя уязвлена стала обилием стихотворений и воспеваний юбиляра во френд-ленте.
Всякий человек имеет право вывешивать стихи любимого стихотворца, а я не чувствую вправе запрещать это кому-то делать. Или же лишать таких любителей поэзии аккредитации в своей френд-ленте на основании того, что люди осуществляют нелюбезные мне жесты.
Ну, заблуждаются, ну что ж теперь, лютовать?
Все мы люди, все мы живые, все мы имеем право на ошибки и вкусовые пристрастия.
Как лицо официальное и заведующий отделом культуры, я вывешиваю во "Взгляде" два текста к юбилею Высоцкого, "за" и "против": текст Андрея Архангельского, который чётко объясняет, что творчество Высоцкого - квентисенция совка, чёрно-белая биполярная картина мира которого более не работает в усложнившихся условиях и "апологетический" текст Олега Рогова, который спокойно и без истерики раскладывает значение творчества Высоцкого.
Но в своем дневнике я вовсе не обязан выслушивать все стороны, как частное лицо я имею право не любить творчество Высоцкого, не объясняя при этом причин своей нелюбви.
Однако, как человек ответственный и совестливый, тем не менее, я даю ссылку на свой текст семилетней давности, тем более, что моя позиция по этому вопросу не изменилась.
Новый текст писать не имеет смысла - концентрированная чернуха шестидесятнической эстетики способна нанасти вред любому восприимчивому организму, так что погружаться вновь в нее не очень хочется.
Некоторым людям мой давнишний текст показался не слишком убедительным и понеслись реки грязи.
Причем самые разные люди, от непонятных анонимов до канадского слависта или издательницы журнала Кати Мень, всю свою реакцию на текст, который им никто не навязывал и на который никто не звал, ссылка на который была вывешена в частном журнальчиге, свели к площадной брани.
Который раз, по полной программе, я узнал о себе много старого: бездарь и завистник, который, наконец, показал своё истинное лицо.
Сколько живу столько и демонтрирую своё истинное лицо.
Только на том основании, между прочим, что имею своё собственное мнение и не побаиваюсь его высказывать.
Ну думаю я так и что ж мне теперь? Руки на себя наложить или начать перековываться?
Между тем, я спокойно и последовательно разговариваю (пытаюсь разговаривать) с людьми, которым неприятны мои воззрения на творчество Высоцкого, отчего они заводятся еще сильнее.
Брань становиится ещё концентрированнее.
Большей беды в стране нет, кроме как нелюбовь к Высоцкому нелюбителей блатного дискурса.
Моя вежливость воспринимается как уязвимость, попытка наладить контакт как моя неуверенность, как желание оправдаться.
Но мне не в чем оправдываться - что выросло, то выросло. Никого не убил, осознанно не подличал, не воровал, не расстреливал несчастных по темницам, наконец.
На самом деле, урок ситуации вокруг постинга о Высоцком для меня может быть один - мы ни на йоту не приблизились к демократическому мироощущению и мировосприятию.
Разномыслие в России, в том числе среди самых просвящённых и продвинутых кругов, коии сконцентрировались в ЖЖ, до сих пор воспринимается как дессидентство.
Демократическая интеллигенция только и делает, что вопиет о том, что у неё отняли свободу, но, на самом деле, она не изменилась с советских времён (и поклонение советскому божку, умершему около тридцати лет назад наглядно это демонстрирует), и совершенно не знает, что с этой свободой делать.
Потому что свобода и демократия - это, в первую очередь, уважение и понимание Другого, а уже потом манифестация собственных пристратий.
У нас по прежнему готовы "раздавить гадину", которая имеет смелость думать не так, как подавляющее большинство.
Парадоксально, но именно их кумир Высоцкий проповедовал индивидуализм и личную ответственность, от которых люди, сбиваясь в массы, бегут как от чумы.
Тем более, что для них, не приученных к чужому мнению, продолжает длиться эпоха классовых и клановых интересов.
Многие не понимают, что защищают не Высоцкого, а свои собственные потребительские предпочтения, многократно проверенные и уже давно задубевшие от постоянной носки.
Показательно похожей была реакция читателей на мою взглядовскую колонку про Петросяна и "Аншлаг": в читательских письмах меня громили так же (и, что замечательно, теми же самыми словами, которые можно свести к двум формулам - "Сам то ты кто" и "на святое покусился") - с таким же лично окрашенным остервенением.
Может быть, люди подсознательно чувствуют неловкость за то, что Высоцкий снова тащит их в омут советчины и сопротивляются этому, возможно, есть иные причины...
Про это я ещё не додумал - почему...
Ведь казалось бы, пушкинское "И с отвращением читая жизнь свою..." должно быть чем-то вроде бытийственного закона, для постоянно развивающегося человека прошлое всегда негативно окрашено, особенно если ты устремлён в будущее, но соотвечественники мои, не находя удовольствий в настоящем, толпами сбегают в мёртвое и, оттого, вероятно, уютное прошлое.
Мои оппоненты, к сожалению, не понимают главной интенции: когда я говорю о Высоцком то думаю, прежде всего, не о себе, а о них, не понимающих разницы между подлинным и мнимым, и у меня, урода и бездари, душа болит за то, что моих соотечественников как околпачивали так и околпачивают до нынешних времён и горе этому народу, который не видит как его дурят и который находит в лжи удовольствие и самоидентификацию.
Причем, говорю это не во весь голос, не из телевизора, а в частном журнале частного человека, имеющего право на частную жизнь и частное мнение.
Или мы не этого добивались все эти годы?
Теперь я точно знаю, что если ты думаешь нечто, расходящееся с умонастроениями большинства россиян (у которых, судя по рейтингу Первого канала, лучший писатель Донцова, а лучший кинорежиссер Михалков), то молчи, скрывайся и таи свои мысли от окружающих.
Иначе заклюют, заплюют, затопчут.
Такую, значит, демократию мы строили, строили и, наконец, построили.
Построили, да?