January 18th, 2008

Лимонов

Дело о попугае говорящем на идиш

Дело в том, что в поезде показывали «Ликвидацию», подряд все серии, из-за чего решил отложить работу и посмотреть нашумевшее. Это же новый вид развлечения, раннее не известный, просмотр сериалов от начала до конца – когда ты покупаешь кассеты и можешь сам управлять процессом.
Перед этим я таким же образом, запойно, читал «Войну и мир», но «Ликвидация», несмотря на то, что авторы жмут на все кнопки (изо всей силы ведь жмут, не поддаться невозможно) и каждая серия вызывает слёзы, любой момент, в который сериал может быть остановлен, смотреть его дальше или, тем более, пересматривать особого желания не возникает и за кассетами в магазин я бы ни за что не побежал бы.
Честное и грамотное постмодернистское ремесленничество, развёрнутое в сторону того, что делает Акунин. Но Акунин мудрее и изощрённее: ему хватает ума и такта отрицать своё писательство, прикидываться беллетристом и, снижая пафос, не размахиваться на культовую нетленку. Скромно служа делу развлечения широких масс.
Если судить фильм по законам авторов, принятых ими над собой, то можно сказать: это – стилизация, то есть, искусство внутри себя полое, смысл здесь возникает с помощью дополнительных средств и отвлекаловок – театральных пережимов, бенефисных вставных номеров, утрирования одесского колорита, который смакуют и комикуют как в телепрограмме «Аншлаг».
Пашка Руднев прав, написав в своём ЖЖ, что дуэт Машкова и Маковецкого идеально отстроен по-актёрски и дальше, после третьей серии, его не хватает. Маковецкого действительно рано убили и Гоцман мог бы вспоминать его светлый образ.
Плоский (как нарисованный) Порченков ему не партнер. Впрочем, как и все остальные. Вплоть до Басилашвили. И даже каннскому лауреату Лавроненко (а ведь это как круто – каннский лауреат в телевизионном мыле) играть совершенно нечего, для воплощения абсолютного зла у него материала маловато будет.
Роль Давида Марковича Гозмана словно специально сшита по Машкову и сила её исполнения – в чётком следовании заветам русского психологического театра, остальные персонажи, взрощенные в основном в недрах кино и ТВ, так уже не тянут и на такие оттенки и переживания не способны. И я не разделяю восхищения Светланой Крючковой, которая перебирает без разбора и меры как на бенефисе – тот самый постмодернистский крик на пустом месте, от неловкости за который зубы сводит. Очень дешевый поинт. А, может быть, она в этом фильме просто похожа на мою первую жену Марину.

Collapse )
  • Current Music
    Борис Чайковский, Соната для виолончели, Растропович
Метро

Дело о парадоксе

Дело в том, что недавно, исподволь, сформулировал эстетический парадокс, вполне в духе Оскара Уайльда (хотя, если честно, и не люблю внешнего блеска псевдокрасивых, похожих на каламбуры формул): в нынешней культурной ситуации истинно народным может быть только лишь элитарное искусство.
И наоборот, искусство, претендующее на максимальный охват народонаселения, отчего и не скрывающее своей коммерческой сути, оказывается кабинетным конструктом высоколобых умников, считающих, что они вполне себе разбираются в народной психологии.
Особенно очевидным этот парадокс оказывается если сравнить нынешние телепремьеры и репертуары элитарных московских театров, типа «Практики» или «Театра.Док», залы которых не вмещают большого количества народа, но где с человеком разговаривают на равных, без подхихикиваний и поддавков – о самом больном и самом важном. Деньги, агрессия, неврозы, терроризм, корпоративный фашизм подаются здесь с жестокой жёсткостью диагноста. В то время как телевизор захлёбывается в придуманных соплях и конфликтах, высосанных из пальца.
  • Current Mood
    accomplished accomplished
Метро

Дело о подмётках

Дело в том, что Лева Данилкин завёл на сайте афиши рубрику "Стихотворение недели" и, знаете, что-то она мне напоминает. И по стуктуре и по дискурсу.
http://www.afisha.ru/blogcomments/650/page1/
Голому рубашка и авторитет.
Недавно вдруг понял как называется то, что Левушка делает - художественная самодеятельность
где акцент ставится на оба слова