paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Categories:

Призывной пункт декабря

Люблю короткие дни конца года, хотя они ощутимо сжимают «рабочую повестку» до вполне осязаемой пружины. В будни, когда нужно затемно тащиться на службу, а вся жизнь сконцентрирована в метро, этот путь, туда и обратно, заключает мою жизнь в полукруглые скобки и как бы выносит уличную темень за рамки конкретного дня, промельк которого схож с запахом, внезапно настигшим где-то посредине дороги.

Ещё лучше, если не нужно никуда идти, можно читать и писать, не думая о последствиях, потом отсыпаться, вставая, когда стемнело. В первое мгновение ещё даже не понимаешь, где оказался: ещё не рассвело или уже стемнело? Почти всегда, в 99% случаев оказывается, что «и вовсе стемнело», день пробежал свою гамму куда-то мимо всех нот. Значит, можно вновь возвратиться к бдениям предыдущей ночи: писать и читать, заваривая мяту с мандаринными корками и каркадэ, не выходя из округлых скобок куда-то наружу.

Или выйти за хлебом и узнать, что идёт снег, похожий на дождь. В снегопад Сокол превращается в окраину провинциального городка, построенного военнопленными, вернувшимися на родину. Здесь тихо и пусто, только снежинки шоркают по граням спичечного коробка, в который превращается дорога до «Биллы».

Внутри магазина светло и кипит жизнь, как если она никогда здесь не застывает. Идёшь в темноту, потом попадаешь в яркий свет и многолюдье, совсем как в метро, из которого снова ныряешь в ночь, точно в омут. Совсем как по дороге в газету, когда двор безлюден и тёмен (только тени отбрасывают тени голых деревьев на стены домов, из-за чего кажется, что между окнами многоэтажек проступают трещины или вены, незаметные летом: сокрытые листвой), но стоит приблизиться к Ленинградке, где слепят огни, снуют машины и люди (очень много приезжих – любое метро как вокзал), как если нельзя остановить суету хоть на минуту, понимаешь: декабрь. Вторая его половина.

Снежинки царапают фотоплёнку лица, обжигают эмульсию негатива. Снег скрадывает расстояния так, что руки не успевают устать от сумок, нагруженных скученной, скучной едой.



Партитура песен о Соколе

Когда я сильно устаю, мне начинает казаться, что я умираю. Силы уходят примерно так же, как, по моим представлениям, выходит из тела жизнь. Все эти дни (уже больше недели) я воюю со снами, постоянно забрасывающими на мою территорию всяких лазутчиков. Ну, что ты придумаешь на этот раз, спрашиваю я центр управления сонного царства, прикладываясь виском к подушке. Центр не устаёт развлекаться, а отсутствие солнца делает виденья из снов практически нерастворимыми.

То есть, они вынуждены, эти образы из недовольного прошлого, отказывающегося закруглиться, сопровождать меня в метро и в «Биллу», как тот неразменный рубль, являющийся главным богатством давно проживающего человека.

Я тут недавно думал, что курение – явственная метафора (если метафора) прожигания жизни. Мол, закуривая, ощутимо убываешь, понимая, что тратишь здоровье, отнимая его от будущего. Штука, однако, в том, что любой процесс, чем бы не занимался, занимает какую-то часть проживания и тоже ведь отнимает задаток. Просто курение делает всё это видимым и понятным до боли в бронхах. Разница есть, но она несущественна. По крайней мере, сейчас, мне именно так это видится.

Сны меня так заколебали, что я решил возобновить управление ими. Когда-то я это умел, но забыл или же разленился. Потерял упругость и бдительность. Всё дело в том, что есть же стержень сознания, не перегорающий даже во сне. Это, вероятно, и есть тот самый внутренний голос, который нельзя ни с кем спутать, но можно только заставить себя его не услышать. Что и случается постоянно, сплошь и рядом, когда не веришь, тому, что видишь или чувствуешь, по каким-то причинам, ну, просто не хочешь верить нутру.

Внутренний голос во сне превращается в закадровый; он не комментирует то, что там происходит, хотя, конечно, и комментирует тоже, но, если точнее, выступает как навигатор, предлагая двигаться в ту или иную сторону. Или же отклониться от намеченного маршрута куда-то вбок. Навигатор же не участвует в движении, но, тем не менее, как-то ему соответствует.

Мне надоело засыпать как собираться на войну, надоело чувствовать себя новобранцем; вот я снова и снова включаю свой навигатор, опережающий инерцию грёз, катящихся куда-то клубком, на доли секунды, в которые можно исправить непоправимое. То есть, во сне нет ничего непоправимого, вот что я хотел зафиксировать, потому что всегда придёт на помощь закадровый голос и переменит агрегатное состояние сна на более отвлечённое или же безопасное.

Собственно, кошмар и есть неуправляемый сон, не желающий слышать своего навигатора – совсем как в жизни, когда предпочитаешь не слышать чуйку нутрянки или же когда за кадром что-то ломается или батарейки просели и звуки безгласно выходят откуда-то из бездонного дна, но не достигают покрышки.

Единственное с чем не может справиться этот опередитель – это моё прошлое, имеющее полную независимость от карты. Или же (тоже версия) мне, на самом деле, просто хочется оказаться там, внутри этого светлого (потому что в прошлом всегда день – ночь во сне это сон без сна, когда упал в колодец и проснулся, как ни в чём не бывало, без памяти, без прошлого, весь помятый, точно воскрес, но не до конца и нужно пройти дополнительные бюрократические процедуры перемещения, дабы восстановиться после воскрешения полностью), светлого дна, который обижал и обижает. Но только обида, ласковая и нежная, совсем как мама, даёт возможность погостить там, где всё «как и прежде», лишние доли минут.

Чем теснее декабрь – тем просторней «обида» (нужно взять её в кавычки, так как это и не совсем обида, и, может быть, не обида вовсе, но нехватка и тяга к восстановлению баланса, к достраиванию справедливости, которой слегка не хватило в какой-то, теперь ослепляющий, момент для торжества полноты чего-то, пойми, непонятно чего), тем протяжнее сны. Это Сокол сжимается вечерами в лоскутья шагреневой кожи, а внутри, где безветрие, пустошь и внутренний голос, поражающий мудростью несуетных суждений, царит вечная горизонталь фотографической панорамы, в которой уже хрен чего сдвинешь с того света со своего места.


Locations of visitors to this page
Tags: зима, пришвин, сны
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments