May 31st, 2006

Карлсон

Утром

Одиночество - это вопрос гордости; человек самодовольно погружается в свой собственный запах. Проблема настоящего поэта - то же самое. Если он долго будет счастлив, то станет заурядным. А если он долго будет несчастен, то не сможет найти в себе силы сохранить свои стихи полными живых чувств... Настоящая поэзия и счастье могут быть вместе очень недолго. Через какое-то время либо счастье делает поэта заурядным, либо настоящая поэзия уничтожает счастье...

Орхан Памук "Снег", стр 160
Карлсон

Орхан Памук "Снег"

Подробно разбирая творчество Памука, я уже писал http://old.russ.ru/krug/20011105_bav.html о том, что эта эстетская книга ("Назову тебя красным"), подробно, в том числе, описывающая специфику суфийской поэзии, звучит как политическая декларация и чудовищная крамола, не менее острая, чем антиисламские высказывания Салмана Рушди или Мишеля Уальбека. И как в воду глядел – вот уже некоторое время Орхан Памук подвергается травле и преследованиям, еще совсем недавно ему грозило тюремное заключение.
На этом фоне у нас и выходит роман «Снег», в котором Памук рассказывает историю Ка, турецкого поэта, который возвращается из Германии на родину. Чтобы написать статью о девушках-самоубийцах, протестующих против запрета носить религиозные платки, а затем вернуться во Франкфурт, чтобы быть убитым.
«Снег» говорит о столкновении двух типов сознания – фундаменталистского, основанного на вере в Аллаха и современного, «прогрессивного». Мракобесы рвутся к власти, светская бюрократия пытается усмирять традиционалистов, которые счастливы своей верой, унаследованной от отцов. Либералы и западники, в отличие от верующих, все как один, несчастны. Вот и поэт Ка, на самом деле, возвращается на родину за поддержкой и опорой в своих «морально-нравственных исканиях».
О, да, турецкий автор написал очень своевременную, а, главное, очень русскую книжку. Ведь главный конфликт «Снега» (гражданская война, вяло текущая, тлеющая в мозгах и выплескивающаяся на улицы) очень легко ложится и на наш нынешний идеологический раскол.

Collapse )
Карлсон

Для начальства

Дан Дорфман, известный сетевой ворчун и забияка, о культурном отделе "Взгляда":

Кстати о рубрике из "Взгляда", под названием "Культура", где Бавильский редакторствует.
Отлично у него это получается. Читаю все материалы "Культуры" залпом. Неинтересных просто нет. И еще вот что:
Я не хочу делить литературу на главную и второсортную, к второсортной обычно относится жанровая.
Делю, как это ни банально звучит, на хорошую и плохую.
И в этом, не грех поучиться у редактора Бавильского уважаемым редакторам уважаемых толстых журналов.
Потому что у Бавильского в рубрике, скажем, было подробно рассказано о том, как два харьковских фантаста, которые Олди, в этом году стали лучшими фантастами Европы.
А в прошлом году того же звания удостоились супруги Дяченко из Киева.
И прошлогодние лауреаты и лауреаты этого года, отличные писатели. Хоть пишут Жанр.
Девушке, с якобы романом, которую "Новый мир" опубликовал в обсуждаемом номере, до них - как до луны.
Но... по мнению редакции, она - писатель, раз ее "Новый мир" публикует, а те, которые в Киеве и Харькове, копошатся в свои фэнтези, деньги зарабатывают всякой чушью.
Потому что ровным счетом ничего об двойном успехе украинских авторов ни один толстый журнал не написал.
Не до этого, надо публиковать рОманы вот таких девиц.
А вот "Взгляд" написал:
http://www.vz.ru/culture/2006/5/2/32125.html
И правильно сделал.


Collapse )
  • Current Music
    Только бы не разочароваться
  • Tags
Карлсон

Моя новая колонка на "Взгляде"

Сегодня в Россию приезжает Орхан Памук. Об этом (и его романе "Снег") моя новая колонка "Девочки-самоубийцы и Доктор Живаго":
http://vz.ru/columns/2006/5/31/35750.html

История, эстетика, воспоминания, искусство более не вторгаются в сюжет боевым клином, но существуют на периферии: для особо усердных читателей Памук заканчивает роман перечислением стихотворений, написанных Ка во время своего пребывания в Турции. Список стихотворений и номера глав, в которых они описываются.

Ну, разумеется, это же прямая отсылка к роману Бориса Пастернака «Доктор Живаго», который тоже ведь заканчивался тетрадкой стихов опального автора! Орхан Памук неоднократно признавался в любви к русской литературе. В «Снеге» мы находим массу упоминаний о русском влиянии, до сих пор ощутимом в его стране, о русских домах и Тургеневе, о русской архитектуре и русском снеге.

Очень важно, что главный герой романа – поэт. То есть наблюдатель, не от мира сего, обычный (здесь стихи пишут все!) турецкий интеллигент, пытающийся выжить и сохранить любовь, несмотря на всеобщую агрессию и социальный раздрай. Правда, в отличие от русского прототипа, Ка умирает не своей смертью, а зеленая тетрадка со стихами оказывается утраченной. Поэтому рассказчику не остается ничего, кроме пересказа лирических строк своими словами.



Бонусом - интервью Глеба Шульпякова, который, собственно говоря, Памука в Россию и вытащил:

Collapse )