December 14th, 2004

Лимонов

"Дневник грязной Евы". Апофеоз бесполезности


Она ругается как женщина - матом...Фразы, подслушанные на Ленинградке. Сначала они пили портвейн, потом вино, потом взяли у бабки самогонки, потом коньяк. А потом он отравился овсяными печеньями...
Лера говорит, что по наблюдениям психологов, новый год - самый суицидальный праздник, случаи сведения счетов вырастают на раз. Первое января - самый трудный день в году. Первое января - всегда понедельник. Холодный, вьюжный, белый. Лера говорит, чтобы разочарование не настигло, следует отметить праздник заранее, с кем-то, за несколько дней. Наметить с кем и сдюжить. Вот почему декабрь, особенно к концу, так лихорадит.

А в метро - осень. Облетели все листья газетных киосков. Газет больше не продают в метро, поганой метлой повымело. Стало ли от этого просторнее? Сколько раз ловил себя на том, что пристально изучаю карту-схему московского метрополитена, пытаясь вычитать в ней какой-то сокрытый смысл, который поможет жить.
Иногда кажется, что ешё чуть-чуть и ты постигнешь этот алеф и раскроется тайна и станет видно во все стороны света. Особенно, когда поезд между станциями набирает скорость и один перестук догоняет и опережает другой. Очень похоже на сердечную аритмию, кстати. Но потом - станция, поед снижает обороты и гносеологическое откровение исчезает, будто бы его и не было вовсе.

Город жив мгновенными изменениями, переменами. Цвета, звуки, запахи, блики. Отражения и перемещения розовых (словно бы подслащённых) облаков. Движение и статика. Снег под ногами. Люди, люди, люди. Пар. Птицы. Витрины. Метро внутри всего, множества перемещений. Перемещения множеств. Луна. Шар Луны. Обязательно шар. Потому что нужно, чтобы всё выглядело как на глянцевой фотографии. Шуршание Ленинградки. Очередь в "Рамсторе" (зеленые и оранжевые буквы логотипа украшены еловыми ветками). Триумф-Палац. Интернет в подкорке. Радиоволны и излучения сотовых телефонов. Мысли какие-то особенно городские. Штучки всякие бесполезные, вываливающиеся из журнала "Афиша" после того, как ты снял с него плёнку. В "Афише" пластиночки всё время милые вкладывают. Как их называть правильно - трансовые? Диджейские миксы, сплошной поток опусов, отрывков опусов, плавных или агрессивных переходов, модных звучков и примочек, все рифмуется со всем и льётся плавным потоком как персиковое мороженое. Как улица в час пик. Как машины на Ленинградке.

Эта музыка очень похожая на нашу жизнь - полуанонимная, не руками сделанная, для мусорной корзины, ИМХО. Она несётся без остановки, без того, чтобы задуматься, увлечённая сиюминутным. Она немного жесткая, но не бездушная, в неё вкрапливают сентименты и засахаренные сладости. Такая пластиночка привязывается напрочь недели на две, максимум на месяц, когда только её и слушаешь, западаешь на какой-нибудь переход, стык, ритмическую заковыку, которая легко ложится на то, что внутри и вдруг начинает выражать то, что снаружи. А потом она словно остывает, словно из неё кровь выходит или воздух. Она становится неинтересной, выслушанной, ненужной. У меня уже целая полка таких дисков скопилась, которые потом слушаешь и не то, чтобы удивляешься тому, что тебя в этой композиции звуков и ритмов цепляло, а вспоминаешь свою память, своё восприятие этого диска, которое уже больше не работает так, как раньше. И ведь не в том дело, что надоело, а просто такой музыки очень много и она какая-то совсем уж беззубая. Но такая дегуманизированная, с правильным количеством соплей, всем понятного стёба и отстранённости-отчуждённости, чисто городской. Чисто мегаполисной, когда ты словно бы и дома и в офисе и в клубе одновременно. А с другой стороны - ты и ни там, и ни здесь, и нигде. И только музычка, что фоном, обладает статусом реальности, той самой розовой дымки, что вплетается в облака, зависшие над Триумф-Палацем.

Collapse )