paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Category:

Основной проект Пятой Московской биеннале. Манеж

Напомню. Основной проект Первой биеннале проходил в Музее Ленина; Второй – в Башне Федераций, Третьей – в Гараже, Четвёртой – на АртПлеев ЦУМе).
Пятую биеннале принимает Главный Выставочный Зал Москвы и это задаёт ей определённый официальный статус: в каждой уважающей себя стране обязательно должно быть современное искусство, куда ж без него?!

Куратор выставки Катрин де Зегер проделала большую и красивую работу, избежав обычного для биеннальных блокбастеров столпотворения.

Для этого оказалось достаточным правильно разделить объекты на двух уровнях Манежа, нижний из которых она погрузила в темноту (очень неудобную для чтения сопроводительных этикеток), где сосредоточила подавляющее большинство видео, звук которого очень правильно убрала в наушники.

С точки зрения выставочной логистики (артефакты распределяются по омуту Манежа крайне рачительно, разрежено, каждый из них – на просвет) Основной проект сделан крайне занимательно – с рифмами и удвоениями, когда инсталляции и видеоролики комментируют и продолжают друг друга, а лейтмотивы, как в хорошо придуманной и аккуратно написанной книге, проходят сквозь всё экспозиционное пространство.

Всё это, впрочем, не может сделать главную биеннальную выставку обязательной: за десять лет своего существования самый масштабный смотр актуального искусства так и не приобрёл, ну, хоть какой-нибудь конструктивной идеи или же концептуального обоснования.

Зачем Москве такой художественный фестиваль?
Что он представляет и кому нужен до сих пор непонятно. Биеннале представляет только саму себя (набор выставок в случайном сочетании), ничего не решая и не сообщая ни городу, ни миру.
Нехай существует, умному достаточно. Так и живём. На том и стоим.



Вход и выход на основной проект 5-ой Московской биеннале
«Вход и выход на основной проект 5-ой Московской биеннале» на Яндекс.Фотках

Кстати очень интересное ощущение поймал попав на затемнённый цокольный этаж Манежа, где тут же, по привычке, начал бегать от одного объекта к другому, хватал впечатления без разбору, рвал их, точно пёс цепной и глотал, не пережёвывая, большими кусками.

Тотальные выставочные пространства почти всегда порождают в моём восприятии вернисажную суету, когда, с одной стороны, нужно равномерно распределять порядочность впечатлений (дабы хватило на все закоулки), но, с другой, впереди же так много всего, что начинаешь всегда смотреть заполошно, лишь к середине просмотра обретая нечто, отдалённо напоминающее равновесие.

Тем более, если темно и за тобой никто не наблюдает.

Кажется, эта инерционная суета возникла неслучайно, но оказывается следствием опыта всех предыдущих Биеннале, наслаивающихся друг на друга вот этой самой одномоментной глоссолалией.

Но в этот раз, поймав волну воспринимательной суеты, приложил максимум усилий для раскрутки в обратную сторону. Тем более, что Алла, которую я ждал, перезвонила и выяснилось, что придёт подруга через час, так что нужно слегка «потянуть время».

Я расслабился и перестал избегать видеозакутков, демонстрирующих не только коротенькие нарезки, но и самые что ни на есть длинные ролики (хотя чемпионом длительности здесь, кажется, оказываются работа Виктора Олимпиева, базирующаяся у самого входа и цикл кукольных сатирических спектаклей из Сирии, тоже ведь находящийся в первой половине, если вспомнить Пелевина, «бубна нижнего мира».

Арт-видео, как правило, медитативно, зачастую статично, из-за чего вот уже через короткий промежуток времени, сознание моё упорядочилось и потекло вспять.

Лучшими произведениями цоколя мне показались две видеоработы, транслирующие «жизнь живой природы».
Во-первых, «финская» сосна Эйя-Лииса Ахтила, показанная на шести автономных экранах в горизонтальном виде (очень уж умиротворяющее она качала ветвями).

И, во-вторых, финальная точка нижней части экспозиции – двенадцатиминутное «Путешествие» Давида Клаербоута.

Неспешный, демонстративно плавный ролик стартует от деревянной скамьи в лесу, после чего нам показывают сам лес, вылизанный художником с помощью передовых компьютерных технологий до сюрреальной чистоты. Камера долго блуждает среди деревьев, на которых каждый листочек обработан до стереоскопической степени чёткости, добредает до таинственно мерцающего источника (звучит весьма меланхолический душеполезный саундтрек), после чего камера взмывает, показывая не только рощу и поля вокруг, но и бесконечный поначалу ландшафт, упирающийся в отдалённые горы.

Всё это сделано и выказано с тщательностью многофигурных видеооргий «АЕС+Ф’ов» с вполне, впрочем, прямым и понятным пафосом: нет ничего прекраснее первозданной природы, которая только и может вырвать нас на какое-то время из цепких удушливых мегаполисов, дать передохнуть, придать истощённому городскому организму новые силы.

Тут, вокруг ролика Клаербоута, вообще, можно накрутить очень много всякой интерпресячины, однако, ролик хорош и сам по себе, вне какого бы то ни было фестивального (или какого угодно) контекста.
Не зря де Зегер выбрала его мостиком для выхода «в свет» «бубна высшего мира».
И когда Алла уже пришла и мы снова спустились в темноту, пересмотрев ролик второй раз, я убедился: де Зегер не ошиблась.

Если внизу она сосредоточила, в основном, работы общественно-политического звучания («жестокость, отчуждение и эксплуатация»), то в главном помещении Манежа очень вольготно разместились весьма подчас объемные красочные инсталляции (и даже живопись со вполне традиционной скульптурой), организующие пространство очень чистого развлечения.

Здесь современное искусство воспринимается интерактивным пространством, с одной стороны, завязанном на бытовых реалиях, но, с другой, быт преодолевающих и воспаряющих, подобно прозрачному дирижаблю бельгийца Панамаренко (впервые я увидел его кентаврические мутации ещё аж на Венецианской биеннале 1987 года) под самым потолком.

Несмотря на разнообразие и эффектность (и даже претензию на важность звучания китайских кирпичей или московского метрополитена, оммажем Кабакову торчащему деревянным сарайчиком в работе Бродского), всё это – группа продлённого дня и хипстерское отдохновение, идеально идущее в Инстаграме под девизом: «А вот у нас не хуже!»

Поразить. Удивить. Попытаться вовлечь. Не то, чтобы без критиканства актуальное искусство кажется пресным, но просто безыдейность (в купе с чистой изобразительностью) выхолащивает его до предела.

В XXI веке (то есть на границе смерти искусства и наступлении эпохи массового постискусства) уже не может быть никакого «искусства для искусства» - люди слишком разобщены и слишком заняты (и слишком перегружены излучениями прочих медиа) для того, чтобы ходить на хотя бы и очень большие международные выставки.

Если почитать декларации де Зегер, которыми оформлены стены фойе, то в них можно найти лишь очередной набор очередных абстрактных фраз.
И дело здесь не в персональном стиле куратора, увлекающегося философией, но общем подходе к сооружению биеннальных проектов.

Если взять самый многоопытный и разнообразный из них – Венецианский – то и там точно так же каталог состоит из ритмизованных, похожих своей отвлечённостью на верлибр, высказываний.

Биеннале понимается как нечто всеобъемлющее, собирающее художников и галереи под свои знамёна с помощью гуманистической риторики, развернуть которую, впрочем, можно в любую сторону (а иначе артефакты собирать будет сложно, так что в работе фестивального отборщика-коллекционера не должно быть никаких смысловых ограничений).

Любые западные (да какие угодно) тенденции тысячекратно усиливаются в Москве точно горное эхо; никто даже не задумывается для чего нам нужно (да и нужно ли) Биеннале, ведь людям отраден сам факт, что оно у нас есть.

Без него и в самом деле было бы гораздо скучнее жить, хотя весьма показательно, что каждое последующее Биеннале выглядит бледнее и необязательнее предыдущего, а всё самое интересное выходит за рамки обязательной программы, оказываясь чем-то безусловно музейным (читай, обязательно архивным, исторически сложившимся, позавчерашним).

Энтузиазм испарился, осталась голая прагматика. Ну так вот, кстати, именно она и вынуждает задавать этот бесконечный вопрос про зачем нам оно

Де Зегер сделала свою работу превосходно. А задаваться вопросами местного значения и розлива - это уже не к ней.



Locations of visitors to this page
Tags: биеннале, выставки
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

Recent Posts from This Journal