paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Category:

"Пена дней" Мишеля Гондри на ММКФ


Мишель Гондри сделал для романа Виана (ещё совсем недавно именуемого постоянно «культовым») примерно то же самое, что Баз Лурман придумал сделать для «Ромео и Джульетты - подогнал под современный и даже актуальный формат гламурного мюзикла с вставными номерами.

Они у Гондри, разумеется, джазовые, яркие, стильные и выхолощено лощёные. Похожие на результаты археологических раскопок, реконструируемых внутри наглухо закрытой витрины.

Сначала я пожалел, что Гондри взялся за Виана, а не более «крепкого» и «терпкого» Кортасара (ну, да, придумай адекватный ответ структуре «Игры в классики» или «62. Модель для сборки»), но пока фильм длился (хотел написать «тянулся») я от этой мысли несколько раз успел отречься: Кортасар и теперь живее всех живых и, несмотря на вклад, так и не стал мучеником канона; время его ещё не вышло, не инкапсулировалось окончательно для того, чтобы не мешать киноархеологии.

Тут, вместо Кортасара, вспомнился Пелевин. Точнее, фильм по его роману «Поколение П», снятый со схожими формальными промашками.

С теми же самыми противоречиями между формой и содержанием, что, подобно бомбе с часовым механизмом, разносят фильму не сразу, но немного спустя…


Эта энциклопедия сюрреализма, яркая, сочная и изобретательная, болеет всеми недугами, которыми болеют почтительные экранизации.

Оказывается, мало придумать адекватные эквиваленты текстуальных метафор и бумажной архитектуре, нужно ещё и конгениально их разместить в пространстве, иначе путь удлиняется в несколько раз.

Развязывая многочисленные затейливые стилистические и структурные узелки, вязнешь в разбухающих подробностях и тут уже не до соблюдения темпоритма, свойственного сюжету.

Особенно очевидны эти опасности в случае с сюрреальной драмой по форме и с драмой абсурда в содержании (из чего, собственно, и состоит виановская «Пена дней»): непредсказуемость сочетаний, лишённая психологической достоверности – башмаки убегают от хозяина, дверной звонок бегает по стене точно таракан, угорь высовывается из питьевого крана – ломает привычные причинно-следствие связи, заставляя сюжет накручивать холостые круги.

Ведь если механизм последовательностей даёт сбои зрителю становится труднее идентифицировать себя с персонажами и их миром, в котором в любое мгновение может произойти всё, что угодно.

Собственно, так устроены сказки, структура которых, настраивающая на повторения циклов, завязана на краткость.

У Гондри приём перестаёт работать уже после радостной увертюры, вводящей в перенасыщенный необычными предметами быт главного персонажа.

Этот дивертисмент, похожий на музыкальный клип, ураганной нарезкой задаёт такую вампирскую скорость восприятия, что зритель очень скоро устаёт от этого цветастого урагана, бессознательно начиная тяготиться нескончаемой длительностью аттракционов, отяжелённых ещё и вставными музыкальными номерами.

Ну, и, значит, дистанцируется от фабулы, самым радикальным образом меняющим форму фильма, который постепенным углублением в болезнь Хлои теряет яркость, а, затем и цвета, становясь окончательно чёрно-белым.

В этой постепенной обесцвеченности, кажется, и заключена главная адекватность замысла Гондри книге Виана, из которой выросло и всё остальное.

Например, претензия показать сначала абсолютно счастливых и беззаботных людей, чтобы затем зафиксироваться на другом полюсе эмоциональной лодки, среди разлада и полной тщеты распада материи.


Locations of visitors to this page
Tags: телевизор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments