paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

"Театр Веры Мухиной" в ММСИ (на Петровке)

Выставка театральных работ Веры Мухиной занимает целый этаж, несмотря на то, что экспонатов на ней не так уж и много – несколько графических серий (костюмы и декорации к спектаклям), три или четыре скульптурных портрета (один из них фарфоровый), модель «Рабочего и колхозницы», небольшая коллекция тканных артефактов и сканов, посвящённых разработке одежды и декоративных орнаментов.

Однако с десяток залов оказываются предельно заполненными, благодаря прозрачным экранам, расставленным или подвешенным в разных (в том числе и конструктивистских, супрематических) конфигурациях – дизайнеры экспозиции (Вячеслав и Анна Колейчук) транслируют на них элементы мухинских рисунков, из-за чего ощущения пустоты не возникает.

В первом зале, где на стенах висит не больше десяти рисунков, объём его заполнен прозрачными, подсвеченными колонами, составленными из тонких прозрачных трубок; в другой из комнат с парой скульптур (мраморный бюст Улановой и фарфоровый Меркулова) кубатуру её заполняют прозрачные стены, образующие лабиринт, ведущий к артефактам.


Можно спорить нужны ли выставке такие превышающие объёмы оформления, отвлекают ли они от уникального и редко выставляемого материала, или же, напротив, создают настроение, настраивают на театр внутри театра (как и положено театральной выставке, сам жанр которой предполагает скуку покинутого жизнью помещения), однако, нельзя не признать: выставка состоялась и эксперимент работает.

В ту или иную сторону, но цепляет.

Хотя восприятие – штука более тонкая, нежели чистое зрение или чистый интенциональный акт, расшифровывающий авторское намерение: когда на него воздействуют особенно ощутимыми инструментами оно может, ведь, и начать сопротивляться вовлечению в игру.

Гораздо важнее ощущение, которое дарит узкий коридор третьего этажа, в комнатах которого заваривается и настаивается мерцающий мухинский театр, обветшалые, захватанные косяки, даль потолка и пустынная лестница, ведущая в промозглый октябрь.

Башни Высоко-Петровского монастыря, торчащие в зарешетчатых окнах гардероба.
Скучающие смотрительницы, коршуном кидающиеся на фотографов.
Многочисленные объявления о том, что снимать экспозицию нельзя (висят на входе и в лифте, на стенах коридора и на лестнице).

Если по сути, то именно это объявление оказывается главным экспонатом, который и доносит до посетителя основные намерения устроителей.

Намерение странное: фотографирование не мешает восприятию, не служит спойлером, не деконструирует недостаток или же, напротив, оформительские бонусы, но, скорее, способно подхлестнуть потенциальный интерес к неожиданно исполненному дизайну.

Тем более, он такой воздушный, и, при всей своей фотогеничности, непередаваемый, что может интриговать, не передавая того, что есть в музее на самом деле.
Фотографирование в музеях с некоторых пор стало (становится) важным фактором изменившегося (меняющегося) восприятия, гаджетом постиндустриальности, напрямую работающим с сутью посещения.

Косвенно, разрешение или запрет на фотографирование оценивает адекватность и вменяемость институции; тем более, что зона современного комфорта невозможна без дополнительных, извне привнесённых моментов.

Учреждения культуры не должны идти против этого течения, противостоять важному антропологическому течению, ведь с некоторого времени музеи выставляют не экспонаты или даже коллекции, но самих себя и свои намерения.

Неважно, хорошо это или нет, сочетается с классическим музееведением или же спорит с ним, такова тенденция, крен, тренд и прежние правила уже не работают. Буксуют.
Вызывают недоумение.

Даже если устроители выставки относятся к плодам своих трудов как к интеллектуальной собственности, разглашение которой выглядит посягательством на их права, запрет на фотографирование не работает и тут: тем более, что ощущение театра, то есть того, что невозможно унести с собой, должно достраиваться какими-то другими, не административными способами.

Запрет на фиксацию подобен фройдовской проговорке, вскрывающей внутреннюю неуверенность то ли хозяев помещений, то ли экспозиционеров.

В конечном счёте, к разрешению съёмок придут все музеи и галереи, всё это – вопрос времени; тем и интереснее наблюдать за тем, как адекватных ответов становится больше, а институций, работающих по старинке – всё меньше и меньше.

Символично, что столь яростный запрет на фиксацию в данном случае исходит из Музея Современного Искусства.

Что ж, каков Музей такова и современность.


Locations of visitors to this page
Tags: ММСИ, выставки, музеи, фото
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments