paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

"Посёлок АМЗ", предпоследняя остановка перед конечной


Посёлок (пгт) – компромисс между городом и деревней, натянутый между многоэтажных кварталов, за которыми накапливается город; здесь же, как над театральным партером висит омут, огромная акустическая яма, внутри которой вызревает автономная жизнь.

Все трудности и сложности поселковой жизни как раз и связаны со смешением жанров и форм: с одной стороны, одноэтажная частнособственническая жизнь с подробным аграрным циклом рассчитана на определённое (неторопливое и уединённое, когда тебя мало что и кто отвлекает) существование, тогда как всё уже давным-давно не так – и проходимость людей (прохожих, соседей, зевак, солдатиков, чужаков) через эти деревенские улицы вполне себе городская.

Самострой, возникший и распланированный ещё до индустриализации, лепился к «градоформирующему предприятию», не способному обеспечить тружеников жильём, из-за чего хозяйства и стоят здесь с незапамятных времен, практически не сдвинутые с места; тем же самым «штатным» распорядком.

Даже названия улиц не поменялись. Так и Москва идёт-шевелится по следам доисторического посада, однако же, там (да и везде, где только можно) на месте мазанок да засыпных хибар каменные дома выросли, а градус этажности подскочил ещё в позапрошлом веке; здесь же всё как и раньше, как «тогда».

И если бы не амфитеатр многоэтажек (началось всё с дома, построенного для глухонемых), постоянно подбирающихся всё ближе и ближе к огородам, можно было бы видеть и говорить исторически достоверный ландшафт бедного уральского поселения.

Никому в голову не придёт объявлять этот ландшафт «достоянием человечества» и поручать охранять ЮНЕСКО, ибо, казалось бы, чего такого – ну, подумаешь, бездонное небо, годами падающее на низину, расчерченную участками, проливающееся на неё осадками и раскрашивающее хрустальный купол свой переменной облачностью, панорама которой в режиме реального времени служит самым вдохновляющим людей кинематографом.

Это же такой пустяк – соразмерность жизни человека и того, что всех окружает.



Поселковое существование, корневое и кулаческое, против всякой советской воли закрепившееся на границах города (в других местах, как на ул. Российской в районе ЧЭГРЕСа или на Артиллерийской оно практически исчезло, превратившись в труху, в пыль) теперь мало кому доступно и, тем более, внятно (де, зачем), нормой ныне повсеместно признаны бетонные квадратные метры, соответственно формирующие и соответственного человека.

А я ещё помню, когда автономное жильё было нормой; вот оно, парадоксальное везение русского человека – оказаться происходящим из рабочего посёлка, степень комфортности которого зависит не от властей, но твоей собственной сноровки и способности провести горячую воду и канализацию. Отстроиться.

Вот и отстраивались годами, в туалет ходили на улицу, «топтались», как говорила моя бабушка, накрепко связанные с землей, сезонами, погодой, небом.

Между тем, жизнь вокруг, то есть, за забором нашим менялась, менялась и изменилась до неузнаваемости.

Вот и к нам в посёлок пришла волна «второй индустриализации», имеющей в Чердачинске какие-то особенно уродливые формы: сначала окружили посёлок домами, затем срубили лес, отделяющий его от Уфимского тракта (федеральная, между прочим, трасса), затеяли экологически неблагополучную стройку.

Всё поменялось, кроме того, что у нас внутри; тем более, что как изменить логику посадок и сбора урожая, природе, ведь, про новые времена ничего не объяснишь…

…вот и трещит по швам полотно поселковой жизни, давая трещину то там, то здесь – плотно натянутое меж ошмётков городского хозяйства, оно, полотно, то есть, все ещё выполняет функцию отсутствия внятной (выше человеческого роста) линейности; то есть, продолжает ткать неформальность.

Человеку трудно в расчисленном; даже если он этого и не осознаёт, влюбленный в привычные маршруты и расписания, жизнь не может сводиться к аппетитам тела; есть же ещё и душа.

Функцию души внутри города поддерживают (должны) парки и скверы; нужно ли лишний раз обсуждать в каком они у нас находятся состоянии?

Нет, не нужно; вот почему так тем более важна неправильная поселковая геометрия, подъедаемая со всех сторон логикой бессовестного существования, строй которой так и настроен против всего живого в сторону нарастающего, громыхающего громогласного небытия.

Locations of visitors to this page
Tags: АМЗ, Челябинск, город
Subscribe

  • Твит дня. Антон Чехов

    Если человек не курит и не пьет, невольно задумываешься, а не сволочь ли он?

  • Твит дня. А. Гельман

    Только пережив ожидание исчезновения, можно по-настоящему ощутить прелесть присутствия в жизни.

  • Твит дня. Владимир

    С годами перестают удивлять подлость, предательство и лицемерие, зато все больше изумляют добродушие, надежность и открытость.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

  • Твит дня. Антон Чехов

    Если человек не курит и не пьет, невольно задумываешься, а не сволочь ли он?

  • Твит дня. А. Гельман

    Только пережив ожидание исчезновения, можно по-настоящему ощутить прелесть присутствия в жизни.

  • Твит дня. Владимир

    С годами перестают удивлять подлость, предательство и лицемерие, зато все больше изумляют добродушие, надежность и открытость.