paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Categories:

Созвездье кровяного тельца


Странные всё-таки эффекты даёт иглоукалывание – Ян вставляет иголки в нерв, проталкивает стальные прутья как можно дальше по ходу движения – чего? импульсов? движений? – так, что тебе начинает казаться, будто бы тебя чистят ёршиком, а, главное, кровь твоя становится точно видимой.
Точнее, ощущаемой.

Иголка входит в нерв, а не в вену, но ощущения не про нерв, а про кровь и внутреннее зрение; постоянно ловлю себя на том, будто зависаю над центральными чердачинскими перекрёстками, полураспятый (руки раскинуты, движенья, точно в воде, замедленные, рапидом снятые) и смотрю как легковушки лейкоцитов и эритроцитов в разные стороны потоками струятся.

Я уже привык жить в нескольких местах параллельно, у меня в Твиттере даже такая рубрика имеется - #пж (параллельная жизнь), ведь душа томится, ведь душа-то мается и рвётся куда-то постоянно с поводка…


Шестая процедура
«Шестая процедура» на Яндекс.Фотках

…уж не знаю, насколько распространено это ощущение, похожее на то, как во время чтения книги твои собственные мысли скачут через частокол типографских строчек и нужно усилие то ли воли, то ли внимания, чтобы совпасть с ритмом развития текста.

Так и в жизни, ты живёшь, идёшь по улице или сидишь, склонившись над тетрадкой и вдруг осознаёшь, что в голове у тебя совсем другой мир проносится, находящийся где-то совершенно в другом месте.

Совсем как воздух в той самой маршрутке, который она привозит (перевозит) с чистой окраины в загазованный центр, ты мысленно раздваиваешься на несколько направлений.

Хотелось бы написать про «силу мысли» или же «силу воображения», но вся штука в том, что умозрительное перемещение происходит без малейшего твоего участия.
Автоматически. На автомате. Сама, сама, сама.

Сколько раз так в Москве было, ты идёшь по Усиевича в сторону Аэропорта и, перпендикулярно этому, оказываешься в непосредственной близости от памятника «Сфера любви», стоящего возле кинотеатра «Урал» или же на Елисейских полях. В венецианском лабиринте или на набережной Тель-Авива.

Никогда ведь не знаешь, где окажешься.
Где можешь оказаться.
Причём, контакт этих пространств, как правило, односторонний – сколько раз проверял, хотя бы возле той самой «Сферы любви», стоял и выкликал вид из окна своей столичной квартирки, но тщетно.

Бегая по Парижу или уткнувшись носом в горячий песок тель-авивского пляжа тоже, время от времени, в порядке эксперимента, начинаешь, точно контурные карты, накладывать одно пространство на другое и… хренушки.

Сидишь с иголками в морде, уставившись на схему массажа пяток, пока тебя окончательно не снесёт куда-нибудь в бок, где ты ни разу до этого не был.
А это, оказывается, ещё интереснее, так как фантазию (ну, или интуицию) уже ничего не останавливает и не сдерживает; не в состоянии остановить или сдержать.

Даже разговоры по телефону, доносящиеся из соседних кабинок – здесь, впрочем как и в любом другом советском месте, медсёстры заняты, прежде всего, своими собственными делами.

Китаец, вколов порцию иголок, уходит, оставив таймер тикать; когда же время выходит, эта машинерия начинает пищать нечеловеческим голосом, призывая работниц медперсонала к отключке.

И каждый раз я терпеливо жду, когда медсёстры приходят с весьма ощутимым (больно, однако!) опозданием, лишь после того как переделают все свои неотложные.

Несмотря на боль, я никуда отсюда не спешу, так как, во-первых, болезнь позволяет мне никуда не торопиться и чувствовать себя праздным человеком на вполне законном основании.
И, во-вторых, ибо чем дольше иголки буравят кожные покровы, тем скорее весна выздоровления!


Locations of visitors to this page
Tags: Челябинск, дни
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments