paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

"Ольга Сергеевна" (1975)


Кажется, этот восьмисерийный телефильм, снятый и показанный в 1975 году всего один раз и был признан ошибкой, при том, что никаких диссидентов или эмигрантов там не наблюдается.

Напротив, повышенная плотность "народных СССР" на единицу времени, МХАТ до разделения (Доронина и Ефремов в главных ролях, из-за чего сюжет начинает принимать совсем уже фантастические обертона: она всю жизнь любит его, но живёт с другим), укреплённый силами "Современника" (Гафт, совсем молодая Неелова) и музыкой Таривердиева (может быть, лучшей его киномузыкой, потом долго и рассеянно путешествовавшей по передачам и пластинкам - впрочем, у меня был винил, на котором были собраны все номера из фильма).

По сути, "Ольга Сергеевна" - первый советский телесериал о современной жизни, снятый не по классическому произведению, и не про сложности советской истории, основанных на графоманистых эпопеях Гертруд (вроде "Тени исчезают в полдень"), но на актуальном материале.

Эдвард Радзинский написал "телевизионную повесть" (официальный подзаголовок) "Ольга Сергеевна" для своей тогдашней жены, Татьяны Дорониной, играющей здесь совершенно непонятное, невероятно, шамкающе-сюсюкающее инфернальное (под стать музыке Таривердиева) манерное существо, дающее сто очков нынешним трансвеститам, типа Литвиновой.

Просто слышишь, как она нависает над ним, над его печатной машинкой, требуя эксплуатировать её актёрскую и человеческую (женскую) природу, а Радзинский, значит, радуется, соглашается и строчит пулемётчик за синий платочек.

"Телевизионная повесть" это же из тех же советских жанровых кентавров ("роман-эссе", "повествование в отмеренных главах"), публикуемых на заранее пожелтевшей бумаге под невзрачными обложками эпохи плановой экономики.

Просто способы сериального существования тогда выработаны не были, традиции мыла или рядового масскульта не существовало, вот создатели восьмисерийника (режиссёр А. Прошкин) и мечутся между производственным романом, любовными мечтаниями и классическими образцами психологической прозы.


Ведь "просто так" ничего нельзя было допустить, во всём, что происходит (пишется, снимается) должен обязательно присутствовать важный общественно-политический смысл (Юлиан Семёнов, Савва Дангулов, те же самые Чаковский, Иванов или какой-нибудь Стаднюк).

В этом смысле, Таривердиев писал идеальную музыку, окликающую [освещающую лучом прожектора внимания] самые разные стилистические пласты и, таким образом, многозначительно выдвигающуюся на любой уровень многозначительности.

Из-за того, что любовные истории рассказываются с пафосом и многомерностью, подходящей больше персонажам Достоевского (плюс актерские манеры целой сборной Актёр Актёрычей), "Ольга Сергеевна" превращается в сорокинские "Сердца четырёх", хотя и завязанных не на "жидкую мать", но на испытания "дыхательной смеси", позволяющей дышать под водой (какой, однако, антисоветский символ!)
Тишины я хочу, тишины, ага.
И воздуха хочу, воздуха!

Многозначительность достигается ещё и тем, что ни единого слова не говорится в простоте.
Подтексты, да с выпердом, штрихпунктиры и модернистская азбука Морзе, окружающие самые простые человеческие желания кружевами да утомительным балетом-перетоптыванием.
Мужчины соперничают из-за бабы; женщина томится и плывёт, но всё это перекрывает чувства долга и необходимость испытаний дыхательной смеси, окружённой каким-то совсем уже условным бытом.
Синтетические носки, пожухлые эстампы, тоталитарный кремплен в роли модного выдоха (ещё мне далеко до крепдешина), кафельная плитка, деревянные панели кабинетов, торшеры, афиша с видом Нотр-Дама, нелепые, уродливые просто вязанные шапочки по моде того времени...

Но, при этом, персонажи как бы лишены нижней части тела, они томятся верхом без присутствующего низа, из-за чего смятение становится ещё более мятым и абсурдным.
Да и нельзя же, в самом деле, постоянно пребывать в такой растрёпанности чувств, которую невозможно оправдать никаким Станиславским, ибо жизнь такая раздрызганная жизнь, переполненная преувеличенными чувствами, оказывается совсем уже театральной гипертрофированной.
Театральной в том числе и по статичности камеры и выстроенности мизансцен.

Апофигей советского декаданса, символом которого и стала жизнь МХАТА в мрачной коробке на Тверском бульваре; поэзия Вознесенского и Самойлова, написавших стихи к песням Таривердиева, исполненным Кобзоном.
Советская действительность (совершенно теперь нами позабытая, напрочь стёртая) выглядит тесной, скособоченной, лишённой уюта, выхода и входа; всего этого простора, которого это сейчас хлебом не корми (никто никому не нужен, никто ни с кем не повязан), а тогда - если разве что на омуте театральной сцены, только-то и лишённой четвёртой стены...

Как пачка старых газет, перевязанных бичёвкой до такой степени сжатости, что старая газетная бумага прорывается на углах и сгибах, не желтея, но точно загорая; причём не на солнце, но от времени.
Интеллектуальный накал, подобно табачному дыму, струящийся и не замечающий убогих колчногих интерьеров, нелепых одежд, звонков из телефонных будок, Петрова-Водкина на стене (символ продвинутости, авангарда), постоянных цитат из Пушкина и перезвона искусственных колокольцев в звуковой дорожке.

С намеренно глупыми фамилиями не только второстепенных, но даже и главных персонажей и намеренно обыденными именами, работающими то ли на окончательное снижение, то ли на полную ироническую отстранённость.
Как в "Кабачке 13 стульев", показывающих совсем уже какую-то чужую жизнь под шапкой майонеза "Московский академический".

Ну и эти нелепые вязанные шапки на первых красавицах страны, делающих их наштукатуренные до полного невменяйства и мумифицированности лица болезненно раздутыми шлемами умильных гидроцефалов.

А если показывают Москву - в районе метро Динамо (расстающиеся любовники уходят вдоль по аллее в сторону Третьего кольца) или Нового Арбата - с видом на кинотеатр "Художественный" - то обязательно проедет один-два обугленных грузовика, обгоняющих пару-другу нелепо округлых троллейбусов, нутро которых словно бы пучат хронические метеоризмы.

Всюду, меж домов и над домами висит розовеющая, ничем не занавешенная, сосущая пустота, составляющая основу развитой стабильности; с одной стороны, немного лакированная (низкорослая мебель румынского производства), немного пыльная.
Подслащённая тусклостью.

"Телефон это всегда нервно".
Или "всё имеет смысл"... или "жить для других": загустевающее вещество многовекового МХАТа, оторвавшись от каких бы то ни было жизненных (поведенческих, каких угодно) прототипов ушло в открытый космос и там мутировало во что-то непонятное и вовсе неподъёмное.

Кажется, что любые движения (сюжетные или, опять же, поведенческие) "телевизионной повести" вызваны именно режиссёрско-постановочными необходимостями, сценическими подспорьями, петельками и крючочками, которые, ну, да, максимально облегчают жизнь Ефремову (Курдюмов) и Броневому (Тютяев), Неёловой и Дорониной, но, если по факту и по видимости, то все эти дополнительные леса ухищрений оборачиваются даже не барокко, но бароккетто.
"Я иногда придумываю слова, чтобы было веселее", говорит персонаж Льва Дурова по фамилии Ангел.

Короче, сами себе создаём проблемы (больше дыхательной смеси на большей глубине погружения), сами их, скопом, разрешаем - с помощью телефонных звонков (по нему говорят все и постоянно) и диалогов, сочащихся квновским остроумием.
С помощью крупных планов (особенно убедителен Джигарханян с лицом Дмитрия Нагиева, ещё не тронутого разложением. Броневой, пытающийся избавиться от ауры Мюллера, ничего такой; вечно небритый Гафт).

Все они переваривают, пытаются переварить советскую эпистолу, лживую, вычурную и лишённую правдоподобия, и не могут.
Ватная Доронина (О. С. Ивашкина или Вашкина, не разобрал), ака птица, бьётся в картонных квадратных метрах, лишённых минимальной обжитости.
Густое, непроходимое безвременье. Отчаянное. Безнадёжное.
Само себя не знающее, не опознающее, заметное только со значительной социально-исторической дистанции.

И ты не то, что помнишь эти самые времена, залегающие внутри тебя, отложившиеся где-то на самом дне колодца памяти, но осознаешь (опознаешь) их, как нечто коренным образом тебе присущее.
Имманентное.

Так и видишь Радзинского, подобно пауку, ткущего сотни страниц липкой словесной паутины, похожей на душный вечер с низкими облаками.
Спицами вязанная эпичность, рассыпающаяся в границах даже и одной серии, но, тем не менее, умножаемая на восемь и нынешнего Маканина.
Во всех смыслах памятник, примерно такой же, как "Тайна Эдвина Друда", точно так же показанная на телеканале "Культура" днём, когда телевизор вообще никто уже не смотрит.

Дух веет где хочет, а не там, где мы привыкли ловить сквозняки.


Locations of visitors to this page


http://www.tvkultura.ru/news.html?id=110028&cid=p

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0%BB%D1%8C%D0%B3%D0%B0_%D0%A1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0
Tags: телевизор
Subscribe

  • Фототанка про Моне

    « Оммаж Руанскому собору» на Яндекс.Фотках « Оммаж Руанскому собору» на Яндекс.Фотках « Оммаж Руанскому собору» на Яндекс.Фотках…

  • Кандинский о Моне и цветопередаче Москвы

    Кандинский познакомился с новой живописью через «Стог сена» Моне, вы­ставлявшийся на выставке французских импрессионистов в Москве в 1895 го­ду.…

  • Моне. Порция декабрских строк

    Для всех опоздавших на поезд, в последний раз поясняю, что логики в этом тексте искать не стОит, здесь какие-то иные эффекты работать должны. Ибо…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

  • Фототанка про Моне

    « Оммаж Руанскому собору» на Яндекс.Фотках « Оммаж Руанскому собору» на Яндекс.Фотках « Оммаж Руанскому собору» на Яндекс.Фотках…

  • Кандинский о Моне и цветопередаче Москвы

    Кандинский познакомился с новой живописью через «Стог сена» Моне, вы­ставлявшийся на выставке французских импрессионистов в Москве в 1895 го­ду.…

  • Моне. Порция декабрских строк

    Для всех опоздавших на поезд, в последний раз поясняю, что логики в этом тексте искать не стОит, здесь какие-то иные эффекты работать должны. Ибо…