paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Categories:

Письмо товарища Гробмана о сути современной поэзии






После пляжа пошёл к Гробманам, да заплутал в переулках так что Ира и Маша Рубин вышли меня встречать. Так на улице и расцеловались.
Дома Ира принялась кормить меня борщом и курицей, а Миша с Ирой расспрашивать про московские дела, хотя о чём рассказывать, если они и так обо всём в курсе - биеннале готовится, Гараж переезжает, еврейский музей открыли, ЦПКиО реконструируют.
Потом начали рассказывать про свои дела - про вечер с Сашей Соколовым в клубе "Бирабиджан", про выставки, открывающиеся в четверг, про новый номер журнала "Зеркало", для которого мне заказали текст про Мясковского.
Долго думая, Миша присоединился к трапезе, выпил чаю с лимонным пирогом, потом традиционно повёл на третий этаж в мастерскую, заставленную новыми работами, творчески ("Бродского я знаю с года 58-го, когда он хорошо начал и сильно выделялся, но потом это сошло на нет -он захотел переехать в Москву и стать чем-то вроде Ахмадулиной...") отчитываться сделанным за отчётный период - с момента наших прошлых тель-авивских чаепитий.



Сделанное, разумеется, впечатляет - работает Миша много и крайне плодотворно, перешёл к небольшим форматам, пачками разложенные на столах и диванах работы крайне неполиткорректного содержания сушатся и постепенно входят в историю; становятся ей.
Когда я спросил художника отчего такие эконом-форматы, он ответил мне, что таким образом маркирует сделанное для людей, а не для музеев, в которых выставлено много широкоформатного говна (американское, на его взгляд, влияние) и не для интерьеров, в которых никто не живёт.
Маленькие картиночки во всех смыслах ближе к народу. К людям. К повседневной жизни.



А неполиткорректные они намеренно, ибо тупые правила губят современную цивилизацию. Поэтому у Гробмана в последнее время так много работ про фашизм, современную русскую поэзию и братьев-мусульман.
Одна из последних серий реди-мейдов посвящена разделу Италии на составляющие - таким образом художник и гражданин Михаил Гробман, обладающий такой активной жизненной позицией, что дай Б-г каждому, выразил своё отношение к итальянскому предложению о разделе Иерусалима.
И, таким образом, поступил вполне в русле иудейского принципа око за око.
Демонстрировал он их, как мне кажется, с особым удовольствием.





Потом мы спустились и разговорились и модернизме, о втором русском авангарде и каким должно быть современное искусство и про то, куда оно движется (или должно двигаться).
Тут я рассказал про выставку Хокни, поразившую меня на прошлой неделе в Луизиане, Миша мгновенно оживился, когда я заговорил про новые технические возможности для рисования на планшетном компьютере, подробно расспросил меня про то, как устроена выставка; не удовлетворился рассказом и мы пошли к компьютеру, с которого я и показал некоторые из картинок Хокни, любезно кинутых мне в комменты.
Смотрел и радовался, что немолодой уже человек ("Когда я познакомился с Хокни, он был ещё совсем молодым...") способен эволюционировать и развиваться, впрягаясь в авантюры с новыми техниками - тем более, что большинство художников только и делают, что эксплуатируют однажды найденный приём.
Я спросил развивается ли Кабаков, на что Миша ответил, что из всех представителей второго авангарда (если вынести покойников за скобки) способны делать что-то новое только Кабаков и он.



И тут я принялся рассказывать об Андрее Красулине, на мой взгляд, идеально подходящем к эстетике и идеологии второго авангарда, но, почему-то, не включённым Гробманом в список своего Политбюро.
Гробман снова оживился, точно подключив дополнительные источники внутренней энергии, и мы снова пошли к компьютеру, где Ира нашла в искалке россыпи красулинских работ, которые, кажется, Мишу не вдохновили (понятно почему - Красулин редкий художник, которого надо смотреть в натуре, причём только в стенах его мастерской, где разные разрозненные работы составляют глобальную инсталляцию).
Так что список художников второго авангарда остался неизменным.
Однако, поражает любопытство и жажда новых имён и явлений, подпитывающих фантазию или расширяющих кругозор - сам он мгновенно преображается в Карлсона с пропеллером и лицо его становится окончательно детским - ему же всё интересно, всё питает.
Всё может пойти в дело.



Но тут Гробман вспомнил, что не показал мне самого главного - свою коллекцию эротического искусства "про ёблю" ("Раньше я коллекционировал художников второго авангарда, но теперь, из-за больших цен покупать ихвсё сложнее и сложнее, да и все они есть уже у меня в коллекции, а должен же человек что-то коллекционировать, вот я и решил собирать картинки на эту животрепещущую и практически всех интересующую тему...")
И тогда не поленился снова подняться на третий этаж вытащить папку эротических (а то и порнографических) пашквилей да пастишей - от Пепперштейна и Соостера до Черкасской и Тер-Агоняна, дико гордый этой художественной пирдухой и вольницей...
Но тает краткий день, и вот уже Ира, на прощание выносит мне гостевую тетрадь, в которой они, великие архивисты и новаторы, собирают отзывы гостей; чем застают меня в расплох - экспромта я не заготовил, позориться вычурой рядом с великими (мне досталось место сразу же после Саши Соколова) не хотелось, а времени на подумать было в обрез (на улице в машине уже ждал Тигран).
Я дико не люблю надписывать книги - после того, как пару раз утыкался, годы спустя, в свои восторженные нюни, что выцветая, со временем, становятся нелепы: записи сделанные под обаянием и спецификой текущего момента кажутся глупыми когда этот самый момент уходит.
А в голове вертелся экспромт Вознесенского на стене кабинета Любимова ("все актрисы как поганки перед бабами с таганки") и ничего более.
Поэтому я не придумал ничего лучше, как нарисовать большое, пузатое сердце, пронзённое небрежной стрелой.
Миша только уточнил - "дату, подпись, город поставил?" Конечно, поставил, Ахматова научила.
На том и расстались. В четверг встретимся снова.




Locations of visitors to this page






Tags: Израиль, Люся, искусство, люди, мобилография, радикал
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments