paslen (paslen) wrote,
paslen
paslen

Category:
  • Location:
  • Music:

Шуман, Лист. РНО. Плетнев. Мацуев. КЗЧ


Главным событием вечера, безусловно стало присутствие японского посла и мировая премьера концертного рояля "Ямаха" исполнение Второй симфонии Шумана, которой Плетнев создал необычную интерпретацию, словно бы, как в анатомическом театре, вскрыв симфоническое тело и продемонстрировав внутренности.
Уже с первой мизансцены, в которой духовые ощерились в сторону проблемного Брукнера, выйдя на первый план, стало очевидным, что Плетнёв слегка "подкрутил" баланс групп, разведя их по каким-то там полюсам, заставив звучать в параллельном движении; причём медленные фрагменты Плетнёв ещё более замедлял, быстрые движения убыстрял, словно бы комкая смычковую пену, из-за чего она звучала будто бы туманными, туманящими наплывами.
Возникла масса синкопированных сдвигов, обесточенных паузами и зияниями.
Фирменное шумановское сфумато, похожее на дождевую взвесь, Плетнёв аккуратно, точно скальпелем отделил от общей базисной прозрачности, заставив (как на картинах Ротко) раздельно играть обе эти сферы - одну из них нагружая романтической иронией о тщете всего сущего, а другую - тоской по далёкому, удалённому идеалу.

Вторую часть РНО сыграл несколько дистанцированно и отстранённо, словно глядя на себя со стороны. Превосходная форма позволяла каналу связи (как это бывает с широкополосным интернетом) бесперебойно и, главное, быстро достигать ушей.
Быстрота и полнота передачи информации - вот что лежит в основе грамотной интерпретации, когда оркестр не мешает, становясь не посредником, но проводником внутреннего разнообразия музыкальных решений, каким-то неуловимым образом трансформирующихся во вполне осязаемую интеллектуальную информацию.
Третью, самую проникновенную часть, сыграли почти не сдерживая чувств, увеличивая амплитуду между верхом и низом, громким и тихим звучанием; делая вспышки крещендо опушками отдохновения, а отползание звука назад в тылы, на периферию, особенно трепетным, плавно ползущим, из-за чего до-мажарный многоступенчатый оргазм расклад выглядел (sic!) классическим, классицистическим и даже слегка барочным.
Я написал "выглядел", поскольку нынешняя интерпретация Второй получилась особенно рельефной, выпуклой, точно деревянная резьба в каком-нибудь католическом храме, по которой дирижёр прошёлся тактичной тряпочкой с канифолью.
Хороши были узоры и внутри смычковой позёмки и тень с объёмом, которые придавали этому пшеничному волхованию духовые (особенно, кстати, медные).
Полноценное, сытное блюдо, редко подаваемое, после которого следовало бы уйти, дабы не расплескать впечатления, но слаб человек, жаден и любопытен, из-за чего я остался на второе отделение, в котором РНО играли два опуса Ф. Листа. Солировал Д. Мацуев.


В сочетании РНО и Мацуева, противоположных как лёд и пламень, конечно, таилась некоторая интрига, которая, однако, разрешила с первых же тактов сольного вступления пианиста.
Плетнёв с оркестром продолжали развитие романтической эпистолы, которая, подобно льдине, давным-давно оторвалась от берега современности, всё дальше и дальше уходит то ли в океан, то ли в открытый космос, уменьшаясь в размерах, постоянно подтаивая.
Романтизм для Плетнёва, как я уже неоднократно фиксировал, есть знак законченности определённой антропологической модели, к которой он относит и себя, выстраивая своё выступление на противопоставлении нынешним нравам (причём, не только музыкальным).
И, чтобы лишний раз подчеркнуть это различие, нет исполнителя более демонстративно другого, нежели Денис Мацуев со своим акробатическим варварством.

Рядом с Плетнёвым Мацуев выглядел как советский кузнец на приёме у английской королевы. Голимый технарь, он же мастер внешнего жеста, всех этих взмахов рук и стряхивания с пальцев невидимого варенья, своей манерой игры и своими повадками напоминающий ярмарочного тяжеловеса, подкидывающего гири.
Это, ведь, уже не искусство, но спорт; голая форма, лишённая какого бы то ни было содержания, что идеально для сотрудничества с Гергиевым, но весьма контрастно в случае с Плетнёвым и РНО, чем дирижёр мгновенно воспользовался.
Уж не знаю, на какой основе возникают все эти тандемы, как оркестры выбирают себе солистов (и наоборот), но во втором отделении хотелось слушать, в основном, оркестр, аккуратно вырезая из восприятия барабанные соло на новом концертном рояле.
Во Втором Концерте Листа для фортепиано с оркестром есть достаточно протяжённое виолончельное соло, которое концертмейстер виолончельной группы Александр Готгельф (такой же эмблематичный для РНО как первая скрипка Алексея Бруни) провёл особенно тонко и проникновенно.
По всему выходило, что хрупко, тонко, точно звучащий оркестр обрамлял своими кружевами варварски слепленную, мяукающую и булькающую штучку.
На бисы я не остался.


Locations of visitors to this page


Перед концертом шёл сильный дождь, что в миксе с черёмуховыми заморозками выглядело непереносимым.
Я даже хотел пропустить концерт, боролся с соблазном остаться дома; но переборол себя (КЗЧ рядом с метро, поэтому).
В антракте вышел на Тверскую, увидел, что погода резко изменилась; пошло тепло.
Гидрометеослужба давно прогнозировала наступление тепла, однако, так совпало, что, кажется, это именно Вторая Шумана открыла майскому теплу все шлюзы.
Хорошо бы, если бы так...
Tags: КЗЧ, РНО
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments